Генерал Болдин: по тонкому льду

Генерал Болдин: по тонкому льду

15 августа исполняется 125 лет со дня рождения генерал-полковника Ивана Болдина, руководившего тульской оборонительной, а потом и наступательной операцией в 1941 году.

Город мастеров

«Гордился правом служить в Туле», — написал он в своих мемуарах. Правда, относится эта фраза еще даже не к 1941-му, а к 1923 году, когда Болдин приехал сюда командовать 252-м стрелковым полком 84-й стрелковой дивизии имени Тульского пролетариата. В то время полк размещался в здании бывшей, а теперь и опять нынешней семинарии на Староникитской улице.

«…В городе этом я не бывал, но много слышал о нем и представлял его большим, богатым и каким-то необыкновенным, — вспоминал свои первые впечатления от Тулы И. В. Болдин в книге мемуаров «Страницы жизни». — Помню, еще ребенком был, мать привезла как-то вкусных пряников, раздала нам, ребятишкам, и торжественно произнесла:

— Тульские!

Когда к нам приходили гости, мать ставила большой медный самовар, на котором стояло клеймо «Тула». В праздник по улицам деревни гурьбой расхаживали парни во главе с удалым гармонистом, веселой музыкой да песнями вызывая на танцы девчат.

— Гляди, как тульская разыгралась, — говорил отец. И мы, дети, стремглав выбегали на улицу, чтобы послушать звонкую гармошку.

Будучи подростком, я частенько бывал у нашего деревенского кузнеца Алексея Феоктистовича, чтобы полюбоваться его работой, а то и помочь ему. Тут постоянно собирались крестьяне и мастеровые, калякали о том о сем, шутили, мерялись силою, рассказывали всякие побасенки и не раз вспоминали про какого-то тульского кузнеца, сумевшего подковать блоху. Признаюсь, тогда я не понимал, о чем идет речь, и только много лет спустя … впервые прочитал чудесный лесковский рассказ о тульском умельце Левше.

Попав в царскую армию, как и другие солдаты, получил я тульскую винтовку и поехал с ней воевать на турецкий фронт. Когда в наши окопы стали все чаще и чаще проникать сведения о революционных событиях в России, особенно много говорили о боевых делах питерских, московских и тульских рабочих.

Так постепенно я проникся особым уважением к Туле и тулякам».

И. В. Болдин – заместитель командующего Киевским военным округом.

 

Живые и мертвые

Начало Великой Отечественной войны Болдин встретил в должности заместителя командующего Западным фронтом. Получив приказ организовать контрудар по немецким войскам силами конно-механизированной группы, в состав которой были включены четыре танковых и две моторизованные дивизии, кавалерийский корпус, а также отдельный гаубичный полк, попал в окружение и вся его группа была разгромлена в районе Белостока. Болдин принял решение пробиваться на соединение со своими, и прошел с боями всю Белоруссию!

По дороге в его группу вливались все попавшие в окружение и не желавшие сдаваться красноармейцы, и целые подразделения. Временами она разрасталась до пяти тысяч бойцов. Сам Болдин партбилет под кустиками не закапывал, ходил в форме генерал-лейтенанта Красной армии, и от вливавшихся в его войско бойцов и командиров требовал не только наличия оружия, но и обязательного ношения формы.

Группа Болдина постоянно находилась в движении, нанося болезненные удары по врагу, и до того разозлила гитлеровцев, что за поимку генерала была назначена премия в 50 000 немецких марок. История прорыва группы генерала Болдина из окружения послужила основой для первого тома трилогии Константина Симонова «Живые и мертвые», что делает этот роман еще более близким тулякам.

Встреча с ветеранами Тульского рабочего полка, участниками обороны Тулы.
Слева направо: А. А. Елисеев, С. И. Марухин, И. В. Болдин, П. Д. Шишкин,
А. В. Гусев, В. Г. Петрухин. Тула. Декабрь 1958 г.

 

Ведь считается, что в генерале Серпилине есть также схожие черты с туляками, оборонявшими Могилев — командиром 110-й стрелковой дивизии В. А. Хлебцевым и полковником С. Ф. Кутеповым. В «Живых и мертвых», кстати, есть еще один интересный образ — полковника Баранова, антипода Серпилина. Считается, что он списан в том числе с маршала Кулика, выходившего из окружения без документов, личного оружия и знаков различия, в гимнастерке рядового.

Судьба в тот страшный год явно благоволила генералу. В дни обороны Тулы ему удалось не только выжить самому, но и спасти город. А в самом начале войны Болдин был заместителем командующего западным фронтом Д. Г. Павлова. Того самого, которого сделали главным виновником неудач первого месяца войны.

Павлова расстреляли 22 июля 1941-го — ровно через месяц после начала войны.

Вместе с ним «за трусость, бездействие и паникерство, создавшие возможность прорыва фронта противником» было расстреляно практически все командование Западного фронта. А вот Болдин, второй человек после Павлова, этой участи избежал. По той простой причине, что был в этот момент недосягаем для репрессий. Группа Болдина перешла линию фронта и вышла из окружения к своим только 12 августа.

Более того — Болдина принял в Кремле Сталин, поблагодарил за проделанную работу, повысил в звании, да еще отправил в госпиталь подлечиться. В войсках был зачитан приказ, в котором отмечались преданность Родине, мужество и высокий боевой дух дивизии И. В. Болдина.

Он был назначен на свою прежнюю должность — заместителя командующего Западным фронтом.

В конце сентября в районе деревни Вадино под Вязьмой, когда немцы окружили большую часть Западного и Резервного фронтов, Болдин вместе с группой офицеров, вновь попал в котел! Но и из этого окружения смог вырваться, и вновь прорваться к своим.

Болдин на командном пункте за картой боевых действий. 1941 г.

 

Город-герой

Сразу после назначения в Тулу на смену генерал-майору А. Н. Ермакову Болдин спешит на встречу с первым секретарем обкома Жаворонковым, о чем сам же потом рассказывает в своих воспоминаниях.

«Городской комитет обороны помещался на улице Воровского (на самом деле Володарского — С. Г.) в старинной церкви, — вспоминал он потом. — Ничем не примечательное в мирное время, сейчас это здание стало средоточием всех новостей. Они стекались сюда со всех концов города, со всех участков обороны. Здесь же созревали новые планы защиты Тулы. Отсюда шли указания предприятиям о помощи войскам. По каменным ступеням узкой лестницы спустился в подвал. За толстыми, более чем полутораметровыми стенами не слышно ни разрывов вражеских снарядов, ни ответных залпов туляков, героически отражавших атаки противника. Доложил о цели приезда. Жаворонков поднял на меня утомленные, покрасневшие от бессонницы глаза, улыбнулся.

— Как обстоят дела? — спросил я.

— Откровенно говоря, держать оборону трудно. Гудериан все время атакует крупными силами. В помощь войскам мы создали рабочий полк. Жаворонков водит красным карандашом по карте, обращая внимание на наиболее уязвимые места. Показывает, где враг особенно опасен. Дополнения, замечания вносят и другие члены комитета. Анализируя положение, намечаем ряд мер по усилению обороны. Все считают первоочередной задачей — улучшить обучение жителей военному делу. — А как, товарищ Жаворонков, с оружием, боеприпасами? — интересуюсь я.

— Пока обеспечиваем. Рабочие по нескольку дней не выходят из цехов. Молодежь производит оружие и с ним же уходит в окопы, на защиту родного города».

Немцы, однако, захватили Венев, пошли дальше на Каширу. 3 декабря, для того чтобы замкнуть кольцо вокруг Тулы, им оставалось пройти небольшой отрезок в пять километров. «Что ж, генерал Болдин, выходит, в третий раз за несколько месяцев войны попадаете в окружение», — негодовал в эти дни Жуков.

В тот же день 3-го декабря командующим 50-й армией генерал-лейтенантом Болдиным, членом Военного совета бригадным комиссаром Сорокиным, начальником штаба полковником Аргуновым, членом Военного совета Жаворонковым был подписан приказ № 17 по войскам 50-й армии.

«Танковая группа в составе двух танковых дивизий, прорвавшаяся несколько дней тому назад из Венева на Каширу, потерпела полную неудачу. Обходной маневр врага на Москву был сорван. Но враг хитер и коварен, от авантюрных попыток прорваться на Москву он, видимо, не отказался. 2 декабря тремя танковыми дивизиями с мотопехотой прорвался с востока в направлении Руднево, ст. Ревякино, Торхово с целью обойти Тулу с севера и перерезать Московское шоссе. В месячной борьбе за Тулу фашисты, понеся громадные потери в живой силе, материальной части и особенно в танках не добились никаких результатов.

В настоящий момент наступили решительные дни борьбы за Тулу. Обнаглевший враг в идущей схватке должен быть уничтожен, для этого у нас достаточно сил и средств.

И. В. Болдин в музее-усадьбе Л. Н. Толстого !Ясная Поляна» 18 декабря 1958 г.

 

В течение 3 декабря войска армии окружили 3-ю танковую дивизию с мотопехотой. Враг зажат в кольцо, выхода ему нет. Все пути ему отрезаны.

4 декабря 1941 г. приказываю врага уничтожить. Для полной победы над зарвавшимся врагом необходимо: всем быть начеку, выше бдительность, точно и беспрекословно выполнять приказы командиров и комиссаров. Ни шагу назад. Враг должен быть уничтожен».

«Немцам казалось, что они уже у цели, — отмечалось в газете «Правда» 13 декабря 1941 года в статье за подписью генерал-лейтенанта И. В. Болдина. — На самом деле над танковыми дивизиями врага нависла угроза разгрома. Дело в том, что отсюда мы постепенно сужали фронт, перегруппировывали свои войска и создали несколько ударных групп, которым придали моторизованную артиллерию и танки. С севера к месту боев подходили наши танковые и пехотные части, находившиеся в резерве.

Уже 4 декабря мы начали осуществлять вторую половину своего плана, рассчитанного не на оборону, а на окружение и полный разгром зарвавшихся гудериановских дивизий.

Обстановка сложилась так, что мы могли бить врага по частям и перерезать пути его отхода. Эту обстановку мы немедленно использовали.

…Пути бегства врагу были отрезаны… 800 немецких солдат переоделись в гражданское платье и в нем пытались пройти через расположение наших войск. В третьем месте несколько фашистских мотоциклистов утопили свои машины в реке, а сами ночью ползком, по тонкому льду перебрались на противоположный берег. Я не знаю, как об этих „подвигах“ расскажет германскому народу Геббельс, но нам, русским, они напоминают эпизоды из Отечественной войны 1812 года».

Вряд ли, конечно, у генерала нашлось время для того, чтобы в этот сложный период сочинять статью для «Правды», но, по крайней мере, перед отправкой в редакцию предложенный вариант он ведь наверняка читал и, наверное, даже вносил в соответствии со своим видением правки. Так что будем считать все процитированное и его пониманием ситуации.

Георгиевский кавалер

Родился Иван Васильевич Болдин в 1892 году в крестьянской семье, прошел все три войны, пришедшихся на его жизнь. Начал служить в 1914-м, в империалистическую, за храбрость награжден двумя Георгиевскими крестами. Поучаствовал в Гражданской, и закончил воевать в Великую Отечественную, пройдя в итоге путь от рядового до генерала. Причем, до чина старшего унтер-офицера он дослужился еще в Первую мировую.

Очень любил поэзию и фронтовую корреспонденцию Константина Симонова.

После Тулы участвовал в освобождении Калуги, Могилева, Кенигсберга. В конце войны успел даже проштрафиться, докладывая командованию, что ведет решительный бой с противником, хотя на самом деле артиллерия в это время шпарила по пустому месту, никаких войск в зоне обстрела не было.

За плохую организацию разведки Болдин был снят с должности командарма командующим фронтом Рокоссовским.

В апреле 1945 года Болдин был назначен заместителем командующего 3-го Украинского фронта, участвовал в завершающих сражениях на территории Австрии.

После войны был назначен заместителем командующего Киевским военным округом. Там же, в Киеве, и умер в 1965 году.

15 августа 2017, в 09:59 +18
Другие статьи по темам
Место
Толстой любил ездить  на Делире и хотел вывести свою породу лошадей
Толстой любил ездить  на Делире и хотел вывести свою породу лошадей
Набережная Упы: от заката до рассвета
Набережная Упы: от заката до рассвета