Некоторые из провокаторов оказались весьма значительными фигурами среди подпольщиков.
Пять рублей за доносы
Подполковник Павлов, которому было поручено организовать работу осведомителей (в 1917 г. он покончил с собой, будучи арестованным), все-таки не зря ел свой хлеб. Агентам платили деньги. Их давали как за разовый донос, так и за штатную работу. Осведомители из рабочих получали по пять руб. в месяц.
Более ценные кадры – в несколько раз больше. После 1915 года в каждой мастерской двух главных заводов города – патронного и оружейного – непременно был свой осведомитель.
Празднование 1 мая 1917 года в Туле.
Подпольщик Варшавский
Самые известные тульские провокаторы – Александров, Елисов, Василевский, Кудрявцев. Их дело рассматривалось специальной комиссией 23 октября 1917 г., которая признала, что вся предшествующая деятельность этих лиц грозит общественной безопасности, и постановила заключить их под стражу до учредительного собрания, а если последнее не соберется в указанное время, то до 12 декабря.
Вина Василевского как провокатора была для новой власти совершенно очевидной, и его расстреляли.
Кудрявцев, который не только предлагал свои услуги царской охранке, но и был завербован немецкой разведкой, по заданию которой устроил забастовку на оружейном заводе, расправы избежал и уехал из Тулы в Харьков.
Большим ударом для тульских социал-демократов стало предательство Ильи Александрова – члена руководящей группы большевиков. Кто скрывается под кличкой «Варшавский» узнали по подписи, которую он оставлял, получая жалованье в полиции.
Конечно же, он доносил и подробности приезда в Тулу члена Госдумы Петровского и его выступления на тайном собрании социал-демократов. Это было самое громкое событие подпольной жизни того периода. А также о многих соратниках по политической жизни.
«В 1916 году усилились провалы и в особенности провалы во время стачки на патронном заводе, когда очень многих товарищей арестовали и выслали. В это время председателем союза металлистов был один из лидеров большевиков Илья Александров по профессии печатник, – вспоминал его товарищ по партии М. Демидов. – Высланный из Москвы, он в то время работал на патронном заводе, его не тронули, только предложили уволиться из завода и уйти из членов союза. Так как же, мол, ты печатник и членом союза металлистов быть не можешь, а не то что председателем союза (так рассказывал всем нам Александров). Мы (меньшевики) давно подозревали Александрова в провокаторстве, но точных улик не имели. После же стачки патронщиков были уверены в провокаторстве Александрова, и мы не ошиблись. В первый месяц февральской революции Александров был разоблачен на заседании совета рабочих и крестьянских депутатов. Вот какие были времена – видный подпольщик был видным провокатором и предавал своих же товарищей революционеров».
Александров – Варшавский до расстрела не дожил. Он умер в тюрьме от туберкулеза.
Дом в Щегловской засеке, где с 1906 по 1907 годы находилось Тульское
правление общества металлистов.
Пьяница-трезвенник Елисов
Самой же оригинальной удачей ведомства Павлова стала вербовка рабочего Елисова (иногда встречается Гелесов), получившего кличку «Гаврилов». Елисов – любимое непутевое дитя социал-демократов. Вот с каким умилением пишет о нем А. Фролов:
«Многие из горьких пьяниц становились фанатичными трезвенниками. К числу их принадлежал рабочий-самоварщик Павел Елисов. … В организацию он вступил после того, как у Баташева была забастовка, и мне, знавшего его как горького пьяницу, было необычайно приятно, когда я его встретил однажды на собрании представителей кружков.
Он отличался тихим незлобивым характером и таким милым, мягким, подкупающим своей искренностью голосом, что его все любили.
Он был представитель кружка баташевских рабочих».
Елисов был завербован в 1904 году – после того, как угодил в тюрьму за переданную другому книжку «Что надо знать и помнить каждому рабочему».
Праздник свободы. Апрель 1917 г.
После шестимесячного заключения его неожиданно освободили из тюрьмы по распоряжению жандармского управления, хотя мера пресечения зависела от прокурора.
С 1906 года он уже находился у жандармов на жалованье в 30 рублей, а в подпольной организации дорос до члена комитета, руководящим специальной боевой деятельностью. Долгое время оставаясь вне подозрений для своих товарищей.
«Я решился хотя на время скрыться из Тулы, – вспоминал о событиях 1905 года Александр Парфенов-Мясников. – Отправившись на квартиру Павла Елисова, я хотел поговорить с ним, куда бы можно было уехать, но у него при переговорах мы ничего не могли придумать, и я решился уехать временно к своему двоюродному брату Н. В. Чурбанову в деревню Обидимо, где жила его мать. Елисов тоже упросил меня взять его в Обидимо, так как за ним началась тоже слежка, и ему нужно было на время скрыться. Я дал ему согласие, и мы с ним в тот же вечер уехали из Тулы. В Обидимо Елисов пробыл два дня и возвратился в Тулу, я же остался на две недели. По возвращении из деревни в Тулу я через несколько дней был арестован и отправлен в тюрьму».
В 1906 году Елисов указал убийц председателя Тульского окружного суда Ремезова – Ничкина, Мельникова и Агафонова, которые, правда, были впоследствии оправданы военно-окружным судом, но высланы на три года под гласный надзор в Тобольскую губернию.
В январе 1907 года при его содействии была ликвидирована группа эсеров, предполагавшая ограбить почтовую карету, перевозившую с вокзала 400 тысяч рублей.
В июне 1907 года был ликвидирован комитет тульской эсеровской организации в лице акушерки Анны Боровиковой, Александра Голицына и Степана Фролова. Во время обыска были изъяты револьверы и патроны к ним, паспортные бланки, подложные печати волостных правлений и большое количество партийной литературы. Все это позволило полиции практически полностью разбить организацию эсеров, но и самого Елисова оставило без заработка.
Квартира видного подпольщика М. Шурдукова на Набережной улице, где с
1914 по 1917 годы находилась подпольная типография.
И он тогда переключается на другие сферы криминальной жизни. Так в 1908 год по его наводке была арестована шайка грабителей во главе с Д. Рябовым, повешенным по приговору военно-окружного суда. В 1909 году был арестован анархист-коммунист Николай Астрецов. При обыске у него нашли шрифт и прокламации.
В 1911 году донес о фальшивомонетчике с оружейного завода Закуврышкине. Затем о слухах среди рабочих о близкой войне с Китаем. О бывшем эсере Коблове, который при покровительстве князя Львова устроился под нелегальной фамилией в московский отдел Тульской губернской земской управы.
Квартира революционера В. П. Кислова на нынешней ул. М. Горького, где
в 1905 году работала подпольная типография.
Картина представляется совершенно сюрреалистическая. Мало того, что в ход уже пошла чистая уголовщина, есть неоднократные свидетельства, как, встречая старых товарищей, уже во времена, когда подпольная деятельность была фактически на нуле, Елисов с вдохновением призывал возродить социал-демократическую работу. Хотя многие бывшие друзья всерьез подозревали в нем провокатора, и он об этом знал.
«Через несколько времени мне пришлось встретиться с П. И. Елисовым, который начал расспрашивать меня, как мои дела, как я погулял в ссылке, при этом стал жаловаться, что его безвинно считают провокатором и его все избегают, – вспоминал Парфенов-Мясников. – При этом предложил мне пойти к нему домой и поговорить с ним. Мне было известно, что он стал провокатором, еще до ссылки. Незадолго до высылки в Вологодскую губернию у нас в тюрьме обсуждался вопрос о его провокаторстве, и у нас уже у многих товарищей создалось мнение, что кто-то нас выдает, считая провалы товарищей, о которых ближе всех знал Елисов. О чем мы и сообщили на волю».
Попав под расследование, он уже не увидел воли. Павел Елисов, бывший беспробудный пьяница, ставший сначала трезвенником, а потом доносчиком, был расстрелян в Чека.
