Тулячка Мария Болдырева: Война любви не помеха!

Утром 22 июня 1941 года 17-летняя Маша Полторыхина встала рано, чтобы успеть на автобус до Теплого. В сумке лежали гостинцы, которые она купила, получив свою первую зарплату на оружейном заводе. Но с полдороги пришлось вернуться: по радио объявили

Утром 22 июня 1941 года 17-летняя Маша Полторыхина встала рано, чтобы успеть на автобус до Теплого. В сумке лежали гостинцы, которые она купила, получив свою первую зарплату на оружейном заводе. Но с полдороги пришлось вернуться: по радио объявили о начале войны…


Май 2010 г., Тула. Мария Сергеевна Болдырева:
«Как же мы молоды были тогда...»

Спрятала партизан

Вскоре завод эвакуировали. Так как Маша была несовершеннолетней, ее оставили в Туле. Не найдя в городе работы, она уехала в родное Подлесное. Не успела оглянуться, как уже вместе с остальными копала окопы и противотанковые рвы – ждали немцев. Звук от рвущихся бомб и снарядов становился все ближе, и однажды в избу к Полторыхиным  наведались партизаны, которые следили за передвижением неприятеля.
– Не успели поесть, стрельба началась ужасная, – рассказывает Мария Сергеевна. – А потом в дверь стали молотить! Я партизан быстрее спрятала – одного под печку, другого – в сено. Фашисты в дом зайти не успели – их наши войска сильно гнали тогда. Через неделю-другую сибиряки в деревню при­шли. Все красавцы такие, в белых полушубках… Мы чем могли, старались их угостить. А что у нас тогда было – картоха! Чистила ее, помню, целыми днями, чтоб сварить да с молоком намять…
Когда фашистские войска отогнали из-под Тулы, Маша, как и многие из ее ровесниц, пошла учиться. Сначала – на тракториста, а потом – на комбайнера. Пахала, сеяла, молотила зерно, вязала снопы, скирдовала сено. В деревне было голодно, почти весь урожай сдавали государству. Осенью 43-го девушка без разрешения руководства колхоза уехала в Тулу к больной сестре. А потом  и сама слегла с высокой температурой. Вскоре примчалась подруга из деревни и сказала, что Машу, самовольно покинувшую трудовой фронт, ищут.
– Если бы нашли, посадили бы лет на 25! Что делать? Решила искать госпиталь, чтобы устроиться туда на работу. Иду по улице Коммунаров (сейчас – проспект Ленина) и вижу: к 20-й школе машины с красным крестом подъехали, раненых сгружают. Остановилась, и тут младший лейтенант какой-то говорит: «Чего смотришь, помогай!» Я подлетела, носилки схватила и давай таскать! Солдатики бедненькие стонут, кричат: «Сестрица, сестрица!» Как могла, успокаивала их.

Работа, кровь, любовь

Боевую работящую девушку взяли в госпиталь №3886. Каждый день к 6 утра она приходила, чтобы нарубить дров для кухни и печей в госпитале. Помогала мыть раненых, перевязывать, стирала их засохшую от крови и пота одежду.
Лежащий на третьем этаже старший сержант, с перебитой в сражении под Прохоровкой ногой, начал оказывать Маше усиленное внимание.
– Рубаху ему помогаю переодеть, а он все норовит приобнять. Когда научился на костылях двигаться, стал меня до первого этажа провожать. Звали его Сергей. Вернее, Сергей Кузьмич. Потом оказалось, что я его, истекающего кровью, с машины санитарной сгружала и на носилках несла. И он меня с того самого раза запомнил, а я его –  нет. Их ведь, раненых-то, сколько было, всех разве запомнишь?

И – такая история – полюбили мы с Сергеем друг друга. Ничего ведь тут не поделаешь, даже самая страшная война любви не помеха.

Каждую свободную минуту кто куда, а я – к нему. Потихоньку начал он поправляться, стали выходить вместе на улицу гулять.
Будем вместе навсегда!
– И тут госпиталю дали команду эвакуироваться в Дмитров. Погрузились, поехали. Раза три останавливались из-за бомбежек. Вытаскивали раненых вместе с матрасами, тащили их подальше от поезда, в кювет. Улетят самолеты, обратно их заносили. Мой Сережа, хоть и с костылем, изо всех сил старался помогать.
После Дмитрова госпиталь №3886 переехал в Наро-Фоминск. И там в августе 1944 года Маша и Сергей поженились.
– И стали мы жить в общежитии вместе, уже на законном основании. Я работала старшей над прачками, Сережа на лошади помогал привозить продукты. А 9 мая пришла Победа. Ох, и напились тогда все от радости! 


Август 1944 г., Наро-Фоминск. Сережа и Маша в день своей свадьбы.

И швец, и рыбы ловец

После окончания войны Болдыревы разъехались: он в свой рыбацкий поселок под Астраханью, она – в Тулу. Ехать к мужниным родным Маша постеснялась – надеть, кроме шинели, было нечего. Осенью Сергей все-таки увез беременную жену к себе на родину.
– Приехали, а там дома стоят на сваях, чтобы по весне не заливало. Вода еще не сошла, лягушек полно, а я страсть их боялась. Сережа взял меня на закорки и понес. Весь поселок видел, судачили: «Болдырев степнячку привез, она тут не приживется». А прижилась: родила сына, стали жить-поживать. Дом убирала, свекрови по хозяйству помогала, и подружились мы – водой не разлить! Вскорости позвали меня вести курсы вышивки ришелье. Там этого ремесла никто не знал, и когда увидели, какую красоту я на машинке швейной делать могу, загорелись научиться. Сергей целыми днями работал: невод тягал, рыбу добывал для страны. Ну и нас не забывал. Я посылки домой с черной икрой да воблой почти каждый день посылала. Потом оказалось, что мои в Подлесной не знали, как все это есть. Икру выкидывали («Машка опять эту замазку черную прислала»), воблу по людям раздавали. Да и я рыбные деликатесы не сразу раскушала. А уж как раскушала, так полюбила на всю жизнь. Дай мне сейчас целую белугу – посолю, глазом не моргну!

А жизнь продолжается!

Пробыв несколько лет под Астраханью, Болдыревы вернулись в Тулу. И жили бы вместе еще много лет душа в душу, если б не авария в 1992 году, унесшая жизнь Сергея Кузьмича и одного из внуков.
И живет в своей квартирке Мария Сергеевна одна. Хотя одной ей доводится быть недолго: постоянно звонят по телефону родные и знакомые, навещают соседки, дети и внуки. А в прошлом году, 22 мая, когда ей исполнилось 85, пришли поздравить школьники из 20-й школы.
– Я как раз пирог с рыбой испекла, как раньше, когда с Сережей у него дома жили. Ребятам очень понравился, а я и рада – на здоровье! Не знаю, смогу ли в этот раз такой пирог сделать, силы-то уходят… А вот рыбу по-нашему, по-рыбацки, обязательно посолю. Приходите, угощу!
Хоть и сетует Мария Сергеевна на годы, бодрости духа в ней столько, что молодые позавидуют! От души желаем, чтобы сохранилась эта бодрость на долгие годы. Будьте здоровы, Мария Сергеевна!

> Только цифры

79 истребительных баталь­онов были сформированы в дни обороны Тулы. 
10 256 человек входило в состав этих истребительных  батальонов.
31 партизанский отряд и 73 диверсионные группы в октябре 1941 г. действовали во вражеском тылу.
38,5 тысячи бойцов Красной Армии и партизан погибли в боях за Тулу.
Более 250 туляков стали Героями Советского Союза за годы Великой Отечественной войны. Из них трое – И. Воробьев, Б. Сафонов и М. Фомичев – удостоены этого звания дважды.
41 воин стал полным кавалером ордена Славы, более 170 тысяч туляков были награждены орденами и медалями.

Фото из семейного альбома Марии Болдыревой.

 

4 мая 2010, в 13:39
Другие статьи по темам

Главные тульские новости за день от Myslo.ru

Мы будем присылать вам на почту самые просматриваемые новости за день