Что-то с сердцем

Когда что-то не ладится в вашей жизни, семье или работе, не ждите, исправляйте немедленно! А если не получается – меняйте. Дом, работу, семью. Иначе может быть слишком поздно...

Когда что-то не ладится в вашей жизни, семье или работе, не ждите, исправляйте немедленно! А если не получается – меняйте. Дом, работу, семью. Иначе может быть слишком поздно...


фото Fotolia/PhotoXPress.ru

Проспала

Утро не задалось. Дина проспала – то ли не слышала будильника, то ли выключила его в полусне, так и не проснувшись. Вскочила – бог мой, уже восемь! В спешке пролила на себя горячий чай и, пританцовывая от боли, долго мазала руку мазью, чтобы не приключился волдырь; потом на пальто у самой горловины оторвалась пуговица, и Дина попыталась ее отыскать…
Но это ж общеизвестно: когда спешишь, все почему-то здорово замедляется и выходит не так, как ты хочешь. Махнув на это безнадежное дело рукой («Повяжу шарф, потом найдется!»), она выбежала из дома, каким-то чудом не слетев со ступенек – скользко, однако! 
На свой автобус она, конечно, опоздала, как, впрочем, и на работу: пришлось ехать с пересадкой, сначала одним автолайном, потом другим. «Ну все, нагоняй обеспечен», – думала она, мысленно умоляя водителя ехать побыстрее, а он, как назло, не торопился, пропуская всех, заранее до красного сигнала светофора останавливаясь на переходах, пока наконец совсем не застрял в пробке на Пролетарском мосту. Всем стало ясно – надолго. Тут же наперебой заработали телефоны: «Пробка… застряли… опоздаю …минут пятнадцать, двадцать…» Дина с грустью подумала: «Попробовала бы я позвонить сейчас Семен Сергеичу».

Объяснительная

Семен Сергеевич – ее непосредственный начальник. Бывший военный, он был до невозможности пунктуален, строг и придирчив. Опозданий и задержек не терпел, вольностей, нарушений дисциплины и невыполнения указаний и уж тем более отступлений от них не признавал. Нагоняи и «разборы полетов» устраивал такие, что в его кабинете дрожали стекла от крика – скучал по армии, наверное.

И когда он грозным голосом вызвал Дину в кабинет, она снова почувствовала неприятную тянущую боль где-то возле сердца, не дававшую ей сегодня спать, и глубоко втянула голову в плечи – сейчас начнется! Так и есть.

Сначала она выслушала в свой адрес  ругательства, потом длинную лекцию о необходимости  соблюдения дисциплины, о порядке, об «ответственности каждого перед всеми» (его любимое выражение), потом узнала, что отчет, который она сдала накануне и над которым просидела не одну ночь, никуда не годится и его придется переделать. А напоследок он усадил ее перед собой за стол и потребовал написать объяснительную. Дина задумалась. Да-а-а, дорогой Семен Сергеич,  что же вам написать…

Беда

Она не могла вспомнить, когда это началось. Была нормальная семья, муж, росла дочка, любимая и единственная. Все как у всех, ничего особенного, семья как семья. Но как-то постепенно они с мужем стали отдаляться друг от друга.
Дина ловила себя на мысли, что ее уже не тянет домой, как раньше. Дочка все время отдавала учебе  и языкам – мечтала поступить на иностранный, муж все чаще пропадал вечерами. Помотавшись после работы по магазинам, приготовив ужин, перемыв посуду, проверив уроки у дочки и отправив ее спать, она принималась за вязание в ожидании мужа. А он приходил все позже и позже, и все чаще и чаще от него пахло алкоголем. Потом она стала находить пустые бутылки от коньяка в шкафу, в ванной в грязном белье, в диване. Вскоре и вовсе не проходило дня, чтобы он не выпил.
Подступала беда, а она не знала, что делать. Разговоры-уговоры не помогали, просьбы и слезы встречались смехом, предложения лечиться – дикой руганью, а потом совсем стало худо: он стал ее избивать. В таком кошмаре выросла дочка и буквально сбежала из дома в Москву, поступила  на иняз, окончила, вышла замуж и уехала за границу, во Францию, где в двадцати километрах от Парижа у зятя был свой офис и большой прекрасный дом.
При воспоминании о дочке у Дины теплело на душе: она счастлива, а что еще нужно матери? Скоро вот родит малыша, и Дина обязательно приедет в гости (так соскучилась!), понянчит маленького, порадуется за молодых.  Вот только муж… Она с содроганием вспомнила вчерашний вечер, бессонную ночь.

Опять эта боль

Муж с друзьями до полуночи куролесил на кухне: пьяные крики, раздрызганная гитара, пустые бутылки, нехитрая закуска, окурки, дым коромыслом… Потом, еле держась на ногах, он пошел провожать своих друзей, а Дина принялась все отмывать, убирать и готовить еду на завтра.
Где-то к двум вернулся благоверный, но спать, конечно, не лег – «догуливал». Дина слушала его пьяный бред о переустройстве России, о перевороте, который он совершит, и наведении порядка в стране, а сама думала: «…до зарплаты еще неделя, денег не хватит, а он завтра будет просить на сигареты и на «поправиться». С надеждой спросила о деньгах у мужа, да лучше бы не спрашивала – получила такой сильный удар по голове, что упала. Она еле поднялась, но раздался еще один, по ноге. Она доползла под дикий хохот мужа до комнаты, легла и расплакалась.
Опять что-то с сердцем… Заныло и закололо так сильно, что эта боль перекрыла боль от ударов. Дина испугалась. Звать мужа на помощь? Да разве помощник он ей в таком состоянии, лучше вообще его не трогать. Только к утру боль наконец утихла, она задремала и …конечно проспала.

«Бежать!..»

Возвращаясь вечером домой, Дина вспоминала выхваченные из Интернета в обед строчки: «…если неприятности преследуют вас одна за другой и все у вас идет не так, подумайте, что вы делаете неправильно». Дина поняла: все, все она делает неправильно – нужно бежать, бежать немедленно, хватит жалеть этого обнаглевшего, распустившегося мужика, от которого она давно уже не видела ни заботы, ни ласки, ни любви, ни денег. Дома она собрала кое-какие вещи, взяла самые любимые книги (конечно, Шмелева), быстро побросала в сумку все необходимое. Шла через сквер к остановке и думала – сегодня переночует у подруги, а завтра… завтра видно будет. В конце концов, можно снять пусть не квартиру, комнату, да хоть угол, зарплаты хватит, если не отдавать ее мужу, а главное, не нужно будет  терпеть его издевательства. Вот только что-то с сердцем, что-то такое непонятное... Если бы, если бы оно так не ныло…
Дина не заметила, как медленно опустилась на лавочку, как пронзительно и жалобно возле нее заскулил пес, а гулявший с ним мужчина бросился ей на помощь, как женщина с маленьким ребенком в саночках спешно вызывала «скорую помощь»… Крупные острые снежинки медленно срывались с неба, падали  на ее лицо и уже не таяли.  

“ Возвращаясь вечером домой, Дина вспоминала выхваченные из Интернета в обед строчки: «…если неприятности преследуют вас одна за другой и все у вас идет не так, подумайте, что вы делаете неправильно».

Светлана М.

 

2 февраля 2010, в 19:14
Другие статьи по темам

Главные тульские новости за день от Myslo.ru

Мы будем присылать вам на почту самые просматриваемые новости за день