Это большая потеря для многих ее коллег, подопечных и, конечно, для семьи и близких. Дочь Ольги Васильевны Екатерина поделилась с Myslo своими воспоминаниями о маме.
– Прежде чем стать милиционером, мама им родилась: 10 ноября, в День тогда еще советской милиции в семье будущего начальника управления внутренних дел Тульской области Василия Александровича Кулямзина и его жены Веры Ивановны.
Ни в детстве, ни в юности Ольга не думала о милицейской карьере, но так сложилось, что за десять дней до защиты диплома не стало ее отца. В память о нем Ольга попросила, чтобы в институте (она закончила политех) ее распределили на работу в правоохранительные органы.
Проработав два года вольнонаемной (не нашлось «аттестованных» мест), Ольга перевелась в Зареченский РОВД на должность инспектора по делам несовершеннолетних. Это был, пожалуй, самый сложный и в физическом, и в моральном плане период в милицейской карьере Ольги Васильевны. В этой должности она проработала девять лет.
– Маме приходилось иметь дело с подростками из неблагополучных семей, детьми, живущими с родителями-алкоголиками, которые никак не контролировали их жизнь и были безразличны к тому, что едят, с кем общаются, как ведут себя их дети. Земляные полы в домах подопечных, клопы и тараканы на стенах, грязь, беспробудное пьянство и среди всего этого – никому не нужные, брошенные дети без будущего – такое Ольга не могла забыть всю свою жизнь.
Однажды на маму напал подопечный: заманил в квартиру под предлогом разговора с родителями, но их дома не оказалось, закрыл входную дверь и напал с ножом. Мама всегда говорила, что суть работы инспектора ПДН – найти общий язык с любым ребенком, даже с самым проблемным. Она была уверена, что до каждого можно достучаться, подобрать к сердцу каждого нужный ключ.
Ей удалось остановить нападавшего, спасти себя и его. В такие моменты начинаешь многое понимать о жизни.
Были и другие случаи в ее практике. Однажды вечером маму вызвал дежурный по райотделу. В квартире девятиэтажки оказались брошенными пять детей-погодков – родители ушли в очередной загул. Старшей девочке было 8 лет. От голода и холода дети развели в квартире костер. В куче тряпья на полу Ольга Васильевна нашла пищащий комочек — самого младшего ребенка, которому было несколько месяцев. Мама забрала детей, доставила в больницу и стала оформлять документы на лишение родительских прав.
Родители объявились довольно быстро, рыдали, падали в ноги, умоляли вернуть детей и клятвенно заверяли, что изменятся, бросят пить и начнут работать. Мама им поверила. И, как оказалось, не зря. Они действительно исправились, начали работать, покончили с аморальным образом жизни, привели в порядок квартиру. Через два года они пришли к маме всей семьей — дети были здоровы, сыты, нормально одеты, только теперь их было уже шесть. Счастливые родители сообщили моей маме, что младшую девочку назвали Оленькой — в ее честь.
Именно на службе в Зареченском РОВД Ольга познакомилась со своим будущим мужем — Григорием Павловичем Зубаревым, в то время он был заместителем начальника отдела Зареченского уголовного розыска. Они прожили вместе 28 счастливых лет, рука об руку на службе и дома.
– Родители очень много времени посвящали работе. Уходили, когда я еще спала, возвращались — когда уже спала. Все домашние хлопоты безропотно взяла на себя моя бабушка, ей было не привыкать. Однако любое свободное время, которое было у родителей, они уделяли мне. Они всегда старались меня куда-то водить. Ни разу не ездили без меня в отпуск. Самое интересное, что чем выше становились их должности, тем больше времени они посвящали работе, – были настоящими фанатами своего дела.
После Заречья мама около четырех лет прослужила в Пролетарском РОВД — занималась исполнением наказаний, не связанных с лишением свободы. А в 1993 году она получила предложение перейти в областной уголовный розыск на линию преступлений, связанных с иностранными гражданами. Позже к этой линии присоединилось раскрытие преступных посягательств на культурные ценности.
Мама занималась раскрытием преступлений, связанных с кражей культурных ценностей, предметов старины, икон, церковной утвари и антиквариата.
К этому делу, как и ко всему в своей жизни, она подошла со всей серьезностью — училась разбираться в артефактах, много общалась с искусствоведами и коллекционерами, тесно взаимодействовала с Тульской епархией, департаментом культуры, работала над созданием базы данных, каталогов ценных тульских икон и храмовой утвари.
Ольга Кулямзина участвовала в расследовании и раскрытии громкого дела преступной группы Александра Белолипецкого, которая специализировалась на кражах антиквариата и икон XVI-XIX веков. Стоимость некоторых доходила до нескольких тысяч долларов. Также ими была похищена уникальная коллекция известного фалериста Михаила Селиванова, владельца одной из крупнейших в мире коллекций нагрудных знаков и наград имперской России. Коллекция оценивалась в 1996 году более чем в 4 млн долларов. Похитители украли 1800 предметов стоимостью более миллиона долларов. Это преступление специалисты называют «кражей века». Удалось вернуть 1600 предметов, судьба остальных 200 так и осталась неизвестной.
В сентябре 1997 года эта же банда ограбила Свято-Успенский храм в селе Себино Кимовского района. В храм воры попали, перекусив прутья оконной решетки саперными ножницами и выставив окно. Добычей шайки стали пять икон, плащаница и другие предметы церковной утвари. Все эти преступления были раскрыты при непосредственном участии Ольги Кулямзиной и сотрудников ее отдела — в то время она его уже возглавляла.
– В том же 1997 году из тульского Свято-Никольского храма были похищены три очень ценные иконы. Мама их нашла и решила вернуть в храм в торжественной обстановке, во время богослужения. Настоятель храма отец Кирилл (впоследствии владыка Тульский и Белевский) произнес невероятно пронзительную речь с благодарностью оперативникам и благословил их на службу.
За возвращение похищенных икон Патриарх Московский и всея Руси Алексий наградил маму медалью Русской Православной Церкви Преподобного Андрея Рублева I степени.
Еще мама была награждена почетной медалью «Благодатное небо». Помимо церковных наград маму неоднократно награждали медалями «За отличие в службе», знаком «Лучший сотрудник криминальной милиции», медалью МВД России «За доблесть в службе». Указом Президента Российской Федерации мама, первая женщина в истории тульской милиции, была награждена государственной наградой Российской Федерации — медалью «За отличие в охране общественного порядка». Такой же медалью когда-то был награжден мой дедушка, мамин отец. Вы знаете вторую такую женщину? Я — нет.
Родители очень надеялись, что я продолжу династию. Я же решила изучать гражданское право. Я смотрела на своих родителей и понимала, что у них так сложилось — они знали специфику работы друг друга. Никогда не было такого, чтобы папа устраивал маме допросы: «Почему на часах 11, а тебя нет дома?» Он прекрасно понимал, где она и что делает, и мама так же вела себя по отношению к нему. Я же осознавала, что если пойду по их стопам, то на алтарь придется положить всё. Конечно, мне всё это было жутко интересно, родители многое мне рассказывали о работе. Я всю жизнь детективы читала запоем и угадывала убийцу безошибочно где-нибудь странице на 30-й. Может быть, это гены. Я побоялась, что если решусь, то увязну в такой работе с головой и никогда у меня не будет ни семьи, ни детей, ни увлечений. Тем не менее я хоть и не полицейский, но юрист, так или иначе стою на страже закона, просто немного по-другому.
Мои родители — настоящие воины. Я ими гордилась всегда. И переживала за них. Помню даже момент, мне было лет одиннадцать, к нам домой звонил человек и угрожал, что знает, где мы живем, знает про семью. Но это были 90-е, угрозы не воспринималось так остро, потому что тогда в принципе было опасно.
Конечно, работа эта тяжелая, и мама сильно подорвала здоровье. С одной стороны, это не весь день сидеть за столом с бумажками, а с другой стороны – всё время в стрессе. Мама уходила в отставку в звании подполковника и с инвалидностью II группы.
Последние десять лет мы провели с ней вместе. Папы не стало в 2010 году, в 2011-м у меня родилась дочка Варя. И когда она появилась, у мамы открылось второе дыхание, она занималась внучкой «от и до»: растила, учила писать, читать, играла с ней, пела песни, посвящала ей всё свое время. Когда Варя пошла в школу, мама забирала ее после занятий и делала с ней уроки, чтобы дать мне возможность спокойно работать.
В январе, сразу после Нового года, коронавирус настиг весь наш подъезд. 3 января заболела я, 7 января — мама. Я сразу отправила ее в больницу, потому что понимала, что у нее определенные хронические заболевания, что ей 66 лет и что не стоит ждать, пока наступит ухудшение. В больнице она пролежала три недели, ей становилось хуже, и 1 февраля ее не стало...
Проститься с ней пришло огромное количество людей, почти все ее бывшие коллеги, те, с кем она работала в Пролетарском РОВД, в Заречье, в УВД.
Мама так много сделала для церквей, ее знают и уважают настоятели храмов. И по чудовищной иронии судьбы ее даже не разрешили занести в храм, отпевали на территории, у входа, – требования Роспотребнадзора! Мне было тяжело пережить это.
Несмотря на ответственную и серьезную работу, которая отнимала столько времени, для мамы на первом месте всегда была ее семья – мама, муж, дочь, внучка. Мама ежедневно окружала всех заботой, любовью, теплом, делала для каждого из нас всё что могла, и даже больше. Она очень вкусно готовила, пекла пироги по рецепту своей бабушки — моей прабабушки. Каждый год на мой день рождения она пекла для меня торт, а иногда даже два. Коронными в ее исполнении были «Прага» и «Наполеон». В нашем доме очень любили бывать друзья родителей и мои друзья, которые все до одного дружили с моей мамой. И сейчас ее уход – это огромная утрата и для них.
Мама умела дружить с людьми по-настоящему, когда друзья встречаются не только по радостным поводам, а просто всегда рядом и в любую минуту готовы подставить плечо. Она любила помогать людям и делала это с радостью, никогда не ожидая чего-либо взамен.
Несмотря на особенности и издержки профессии, мама очень тонко чувствовала искусство, разбиралась в музыке, кино и театре. Безошибочно могла по первым кадрам назвать режиссера фильма, сценариста, оператора и еще рассказать пару интересных историй о взаимоотношениях, к примеру, исполнителей главных ролей. Речь, конечно, о классике — как русской, так и европейской, и голливудской. Хотя современным кино она тоже интересовалась, держала руку на пульсе. Очень любила театр. Из музыкантов обожала Фрэнка Синатру, Луи Армстронга, Энгельберта Хампердинка. И танго Астора Пьяццоллы и Оскара Строка.
Без преувеличений и совершенно объективно – она была лучшей мамой и самой лучшей бабушкой. И мне безмерно жаль свою дочь, которая в неполные десять осталась без самого лучшего друга и опоры. Варя никогда не называла бабушку «бабушкой». Как только она научилась говорить, сразу стала называть ее Лёля. Мама часто шутила, что подполковник в отставке теперь работает Лёлей. Она и с этой работой справилась на отлично.
