Предательница

Вероника, жена Павла, очень любит шумные мероприятия, вечеринки и тусовки, дома у них постоянно собираются веселые компании. Частым гостем семьи стал Виталик, к которому Паша, как ему кажется, не без оснований, ревнует Веронику. Когда она сообщает

Вероника, жена Павла, очень любит шумные мероприятия, вечеринки и тусовки, дома у них постоянно собираются веселые компании. Частым гостем семьи стал Виталик, к которому Паша, как ему кажется, не без оснований, ревнует Веронику. Когда она сообщает, что беременна, Павел сомневается, что он отец ребенка...


фото Fotolia/PhotoXPress.ru

Подозрение
Сына решили назвать Сережей. У моей жены это было «семейное» имя – прадед ее был Сергеем, дед ее был Сергей, отец, брат и дядя… Ну и сына решили назвать традиционно…
Шли месяцы, сын подрастал, Ника наконец-то начала осознавать себя женой и матерью. Теперь остались в прошлом шумные тусовки, все ее внимание было поглощено Сережей. Она повзрослела, поправилась, начала интересоваться кулинарными рецептами, в общем, вела себя, как и подобает в ее изменившемся положении.
Я работал, Вероника занималась ребенком. Казалось бы, что еще надо для семейного счастья? Пару раз мы выбирались с коллегами за город, на шашлыки. Однажды один из моих приятелей сказал мне: «Красивая у тебя жена, только почему у нее глаза грустные?» Я чуть морду ему не набил – ишь ты, жена моя ему приглянулась, тоже мне, Дон Жуан нашелся!
Сыну было уже почти три года, когда меня настигла неприятная новость. Тот самый мой коллега, который застукал Виталика у нас дома, сообщил мне:
– Ты бы получше следил за своей женой, а то она средь бела дня со своим любовником на машине катается!
– Да ну, что ты болтаешь? – возмутился я.
– Да я сам лично видел, как она вчера в «четырнадцатую» прыгала, еще радостная такая была, улыбка до ушей!

Наконец-то все выяснилось!
Вечером я спросил у Вероники:
– Где ты была вчера днем?
– Возила Сережу на массаж и в бассейн…
– С кем?
– Виталик предложил подвезти…
– И не стыдно тебе к женатому мужику в тачку прыгать?
– Паша, ты что? Почему мне должно быть стыдно? Виталик мой друг, я думала, что и твой тоже, как ты можешь ревновать?
– Я не ревную, я просто спрашиваю: что у тебя с ним?
– Ничего, мы просто друзья, почему ты меня допрашиваешь?
– Потому что ты могла бы быть осторожнее! Потому что у замужней женщины не может быть «друзей», которые катают ее на машине! И если уж это происходит, то будь добра делать это так, чтобы тебя не видели мои коллеги и не позорили меня на всю контору!
– Паш, ты больной, да? – оправдывалась она. – Виталик меня до поликлиники довез – это что, преступление?
Но я уже не верил ни одному ее слову. В ту же ночь я открыл ее почтовый ящик в Интернете, и что же я там увидел?
В своих письмах подруге она писала: «Сегодня мой муж в очередной раз приревновал меня к Виталику. За что? Почему он мне не верит? Он упрекает меня в том, что до замужества у меня были другие… Какие такие «другие»? Мы что, в средневековье живем? Почему, если мой друг подвез меня на машине, то это значит, что я изменяю?»
И много еще обидного для меня было в этих письмах… Я спросил у Вероники, что это значит. Она посмотрела на меня, как на чудовище, и спросила:
– Ты что, читал мою переписку?
– Ну да, а что в этом такого, ведь у супругов не должно быть секретов друг от друга. А если ты от меня что-то скрываешь, значит, тебе есть что скрывать. Значит, я прав и ты мне изменяешь?
– Ну, знаешь ли… Мне это надоело! Я ухожу от тебя, я уеду к маме и Сережу заберу с собой!
– Нет уж, я не позволю, чтобы моего сына воспитывала такая безнравственная и непорядочная женщина, как ты! Предательница!

Развод
И все-таки она добилась своего – мы развелись. И сын остался с ней. Во время бракоразводного процесса я был не в себе – даже звонил Виталику, спрашивал, готов ли он заботиться о Нике и ребенке так, как заботился о них я… Виталик сказал, что я с ума сошел и что у него есть собственная семья… Конечно, как чужих жен на машине катать – так он на все готов, а вот как о повседневной заботе речь зашла – так он вспомнил о «своей семье»…
Вероника ничего не вы­играла после нашего развода – осталась одна с ребенком, Виталик так и не развелся, живет со своей женой… Более того, моей «бывшей» пришлось устроиться на работу, теперь поймет – каково это, жить одной, трудиться весь день, чтобы обеспечить свою семью.
Правда, все, кто ее видит, отмечают, что она просто изменилась,  «расцвела», «похорошела» и все такое прочее… Но я думаю, что все это ненадолго. Пройдет какое-то время, и она еще пожалеет о своем решении, еще, я уверен, бегать за мной будет. И тогда посмотрим – приму я ее или нет. Ну, если только ради своего сына…

“– Ну, знаешь ли… Мне это надоело! Я ухожу от тебя, я уеду к маме и Сережу заберу с собой!
– Нет уж, я не позволю, чтобы моего сына воспитывала такая безнравственная и непорядочная женщина, как ты! Предательница!

Павел Б.

> Ваш среди своих

Пролетая над гнездом
Чем дольше живешь с человеком, тем лучше его понимаешь. И тем реже к нему прислушиваешься.

Никаких парадоксов. Даже самый любимый голос становится привычным. Интонации заучиваются наизусть. Смысл часто произносимых слов теряется. Неуместное сравнение, но близкий человек напоминает холодильник на кухне. Если тот куплен не вчера, рычание его компрессора хозяева просто не воспринимают.
Вынеси мусор. Не раскидывай носки. Сколько можно таращиться на этот футбол. Опять не опустил за собой сиденье. Это последняя рюмка сегодня. Ты должен быть дома в восемь. Как же права была моя мама. И мы давно у нее не были. Не обращай внимания на эту вульгарную блондинку. Ты меня совсем не слушаешь.
Это если холодильник – она. Впрочем, холодильник-он звучит похоже.
Нет, на это у нас нет денег. Ты слишком часто задерживаешься у подруги. Я не смогу сегодня поехать к твоей маме. Чем можно так долго заниматься в ванной. У тебя же два шкафа таких блузок. А меня наша машина устраивает. Давай пригласим на юбилей только самых близких. Успокойся, эта блондинка не в моем вкусе. Ты меня совсем не слушаешь.
 Внутри любой пары имеется набор фраз, у которых есть только автор и нет слушателя. Да, выглядит ужасно. Сторонний наблюдатель может воскликнуть с трагическим пафосом: вот она, мол, любовь-то чем кончается. Сегодня они друг друга не слушают, а завтра, поди, и вовсе драться начнут.
И, как вообще свойственно сторонним наблюдателям, не угадает ни разу. Искусство пропускать мимо ушей дежурные претензии – совсем не песок для семейных шестеренок. Наоборот, смазка. Последний рубеж  любви.
Когда эйфория обладания уходит, любовь остается. Она способна многое простить, понять, стерпеть. Она не выносит лишь рутины ежедневных взаимных претензий. Но и при себе их не оставишь. Накопятся и сорвутся с языка все разом. Каждый высказанный упрек спасает любовь. Каждый неуслышанный – тем более.
Есть, однако, слова, которые мимо ушей пропускать нельзя категорически. Скажи, что ты меня любишь. Правда ведь, я красивая. Родная, у меня получилось. Хочу с тобой посоветоваться. Выслушай меня.
На них реагировать надо непременно. Просто чтобы пресловутый сторонний наблюдатель, пролетая над вашим гнездом, не увидел вдруг его разоренным…

Всегда ваш.

 

21 апреля 2010, в 10:45
Другие статьи по темам

Главные тульские новости за день от Myslo.ru

Мы будем присылать вам на почту самые просматриваемые новости за день