Мой идеальный мужчина

Мой идеальный мужчина

Юлия К. делится с читателями Myslo историей своей жизни

Мои представления об идеальном парне сильно расходились с мнением мамы и подруг. Мама считала, что в самую первую очередь избранник должен быть богатым. Подруги грезили о галантных, накачанных красавцах, а для меня самыми главными качествами в парне были интеллект и неординарность.

Рома все глаза проглядел, – ворчала мама, лоббируя интересы моего одноклассника. – Какой тебе букет подарил на 8 Марта! А на твой день рождения вообще устроил сюрприз: и шары, и цветы, да еще салют вечером. Я уж не говорю о французских духах. У меня в жизни таких не было.

– Ой, большого ума не надо, если у твоих родителей денег немерено, – отмахивалась я.

– Вот и у Ромы будет немерено, – тут же давала свой прогноз мама. – Сходила бы с ним на свидание, сколько он уже тебя зовёт.

– Ну что Рома? Обычный парень, мне с ним неинтересно, – привычно  отговорилась я.

На выпускном Роман признался мне в любви. И не просто признался, а устроил целое представление. На сцене его друзья спели песню, специально для меня, а он принародно объявил, что любит меня, и даже пошёл ко мне с коробочкой, в которой лежало колечко. Впрочем, не знаю, что там лежало, я постыдно сбежала с праздника прощания со школой. А что я могла ему сказать? «Дело не в тебе, дело во мне».

Дома мама устроила просто скандал, орала, что я её опозорила, и грозилась лишить себя материнских прав.

А потом я встретила Максима. Он оказался мужчиной моей мечты. Неприкаянный, бедный, голодный, но умный, талантливый, креативный. С ним можно было часами обсуждать творчество Кафки или Достоевского, моих любимых авторов. А ещё Максим прекрасно играл на гитаре, флейте, пианино и при этом он был самоучкой.

Иногда он зарабатывал своей музыкой в переходе, и мы шли кутить
в кафе.

Моя мама сначала его жалела, подкармливала, спрашивала у знакомых про работу. Но Максим был творческим человеком, не мог же он разносить пиццу или сидеть день-деньской в офисе. В конце концов, мама взбунтовалась и запретила мне встречаться с Максом.

– Это себя не уважать – связаться с бездельником! – кричала мама. – Мужчина должен зарабатывать, зарабатывать и зарабатывать.

– На трёх работах, что ли, трудиться? – саркастически осведомилась я.

– А хоть бы и на трёх, если на одной ума не хватает, – высказалась мама.

– Мама, это предубеждение, что зарабатывать должен мужчина. Всё в мире поменялось: добро не побеждает зло, зимой не идёт снег, а школы не собирают своих выпускников. Пыжиковые шапки и хрусталь больше не мерило благосостояния, окна не надо заклеивать на зиму, а белье гладить. Мне перечислять дальше?

Я к тому времени уже была студенткой университета и работать не собиралась, но Максиму нечем было платить за комнату, которую он снял. У него были сложные отношения с родителями, и он давно ушёл от них. Жил то у друзей, то у своих девушек, а сейчас снял комнату для наших встреч. Но платить за неё оказалось нечем.

Я заняла денег у мамы, якобы на репетитора по английскому, и отдала квартирной хозяйке. Но дальше надо было что-то решать. Я устроилась работать официанткой, но денег всё равно было мало. Надо было платить за комнату, кормить Максима, покупать ему одежду.

Хотя он ни о чём не просил, ему это было совершенно безразлично, он мог целую неделю есть огурцы с хлебом. Он читал книги, музицировал, встречался с друзьями. Некоторые из них вели такой же образ жизни, другие крутились как могли, зарабатывая на жизнь, но всех их объединяла любовь к музыке и философии.

Я первым делом приодела Максима, потом занялась его питанием, оказалось, что он любит орехи, сухофрукты и фрукты. Хотя, разбирая пакеты с продуктами, он особенной радости не выказывал, ну есть и есть, это не главное.

Мама устроила скандал, узнав, что я работаю официанткой и все деньги трачу на своего друга. Мы с ней сильно поругались, и я ушла из дома.
Правда, через некоторое время мама смирилась и устроила примиряющий ужин. Всё-таки она меня очень любила. На семейном совете было решено, что я меньше работаю, а мама будет нам помогать.

Максим через некоторое время вдруг ощутил интерес к красивым вещам, к вкусной еде. И даже стал делать мне замечания, что я плохо одеваюсь. Но к тому времени я так устала быть главной в нашей семье, что мне было всё равно, что на мне, я даже голову забывала мыть.

Максиму неожиданно предложили работу, которая ему понравилась, каким-то креативным директором кафе. Ещё бы! Он стал таким щёголем. Стал ходить на работу, рано вставать, поздно возвращаться. А дома всё время решал какие-то вопросы по телефону.

А я впала в депрессию, Максим стал таким же, как и все. У него всё меньше времени оставалось на музицирование, разбор тенденций современной литературы и споры о философии Канта. Наши отношения постепенно сошли на нет. Максим перебрался в новую съёмную квартиру, а я вернулась к маме.

– У человека только новая жизнь началась, – удивилась мама. – Смотри, как он в гору пошёл. А ты ушла, странная ты какая-то.

Я уволилась из кафе, набралась сил, стала опять следить за собой, модно одеваться. Однажды на одной из тусовок с друзьями моё внимание привлёк парень. Он был очень похож на Максима, не на нового Максима, хорошо одетого, с уверенным взглядом и безапелляционно рассуждающего обо всём, а того, в которого я влюбилась. Беззащитного, потерянного, нищего, голодного философа. Неудивительно, что с вечеринки я ушла с Костей.
С ним было безумно интересно: он столько всего прочитал в своей жизни, и рассказчик оказался великолепный. Он знал историю города и устраивал мне экскурсии. Люди, жившие много десятилетий назад, после его рассказов становились мне родными.

Мама, узнав о моём новом знакомом, поохала-поохала, но скандалов не устраивала. Даже приглашала Костю в гости на обеды. Через некоторое время я ушла к Косте. Вернее, мы сняли квартиру. Его родители оказались людьми творческими – художниками, и до этого Костя жил с ними.

Костя не работал, потому что ему это было неинтересно. И ещё потому, что мама и папа время от времени подкидывали ему деньжат, и ему вполне хватало на безбедное, по его понятиям, существование.

Я опять взяла себе подработку в кафе, приодела Костю, стала готовить ему вкусную еду, его мама совсем не заморачивалась на эту тему.

Костя с удовольствием ел то, что я готовила, послушно мерил свитера в торговых центрах, а потом вёл меня в какие-нибудь трущобы рассказывать легенды города. Меня это умиляло, какой он всё-таки умный, креативный, необычный.

А потом вдруг отъевшийся и принарядившийся Костя неожиданно нашёл себе неплохую работу, стал администратором в каком-то заведении и вдруг начал приносить неплохие деньги.

Мы решили тратить их на путешествия. Костя с воодушевлением прокладывал маршруты, состыковывал рейсы, находил дешёвые гостиницы. И теперь несколько раз в год мы летали в путешествия. Но когда мы вернулись из седьмой поездки, в душе завозился какой-то червячок сомнения. Всё у нас было хорошо, я училась, Костя работал. Скромное обаяние буржуазии.

Дни стали похожи друг на друга. Вот мы собираем деньги, вырабатываем маршрут, улетаем, путешествуем, по выходным ходим к родителям в гости. К моей маме за вкусной едой, к Костиным – за духовным общением. Мы с Костей даже не ссорились, не находили повода. Он меня не ревновал, я его тоже. Вкусы, пристрастия, взгляды на жизнь у нас были одинаковые.

На Костино 25-летие к нам пришло очень много его друзей. Мы с мамой с ног сбились, готовя разносолы к столу. На дне рождения я немного оживилась. Было много музыки, смеха, споров, интересных рассказов. Много новых лиц. Одно из них весь вечер меня рассматривало. Мальчик был очень красивым, он, как и Костя когда-то, напомнил мне мою первую любовь и страсть – Максима.

– Приятный какой парень, – промелькнуло у меня в голове, но к концу вечера я уже и думать о нём забыла.

А он, оказывается, не забыл.

Через несколько дней Костя предупредил, что у нас будут гости. И к назначенному часу к нам в квартиру вошли два парня. Петя – тот, что похож на Максима, и Сергей, очень хороший Костин друг. Оказывается, Петя был приятелем Сергея и с моим Костиком имел только шапочное знакомство, а на день рождения его пригласили, потому что он пребывал в депрессии, и Сергей решил его расшевелить.

Ну, депрессии вообще моя тема, недаром я люблю Достоевского. Так получилось, что весь вечер я проговорила с Петей, а на следующий день мы условились встретиться в кафе, потому что не договорили.

 

Утром я напомнила Косте, что вечером у нас встреча с Петей.

– Я с вами не пойду, – сказал Костя. – У меня дела.

От его слов у меня почему-то радостно ёкнуло сердце.

Петя пришёл на встречу с малюсенькой розочкой, и это тронуло меня до глубины души. Цветочек был таким скромным, жалким, умилительным, что у меня защипало в глазах. Я вспомнила огромные купеческие букеты Романа и меня передёрнуло. Какая пошлость.

Мы проговорили с Петей до закрытия кафе. Полноценная семья, в которой мама и папа любят друг друга и своего единственного сына, своя квартира, купленная заботливыми родителями. Но какая-то неприкаянность, обречённость мучила его.

Мне несколько раз звонил Костя, но я не брала трубку. Когда я вернулась домой, Костя преспокойно спал. Уснул, даже не узнав, жива ли я, не нужна ли мне помощь.

– Помощь тебе была нужна только в одном, чтобы выслушивать нудятину Петечки, но извини, мне такое не по силам, – ответил мне утром Костя, когда я высказала ему свою обиду.

– Тонкая душевная организация…– начала было я.

– Ой, вот только не надо мне тут всё это рассказывать, – отмахнулся Костя.

– Выслушала, суши теперь свою жилетку.

Я же откликнулась на страдания Пети и по первому зову бежала к нему. Чтобы выслушать, утешить, посоветовать что-нибудь.

– Я не понимаю, почему я должен проводить целый день с людьми, к которым в обычной жизни я бы не подошёл на километр, – говорил мне Петя о своих потенциальных коллегах. – Больше того, я должен с ними разговаривать, улыбаться, быть вежливым, помогать, и даже отмечать их дни рождения, дарить подарки. По какому праву я должен быть прикован к ним как раб на галерах? А еще прибавь начальника дурака, которого я изо всех сил не уважаю, но сказать об этом не могу и держу это в себе, отравляя свой организм.

– Может, попадётся не дурак, – робко предположила я.

– Это вряд ли.

– Но ты можешь работать дистанционно.

– Чтобы меня задавили критикой всякий ничтожества?

– Тогда открой что-то своё и будь умным начальником.

– А налоги?

И вот так каждый день. Петя капризничал, я уговаривала, ждала, что его мрачное настроение пройдёт, и он увидит мир совсем в других красках. Я не хотела признаться даже самой себе, что Петя мне нравится. И мне нравится, что он нуждается во мне.

Однажды, когда Петя провожал меня домой, он вдруг признался мне в любви. Сказал, что это любовь с первого взгляда, и я должна принадлежать ему. И если я не буду с ним, то он умрёт от горя. Или убьёт Костю.

Мне вся эта ситуация напоминала атмосферу Серебряного века. Все эти любовные треугольники...

Белый, Брюсов, Петровская, опять же Белый, Менделеева, Блок. Осип, Лиля и Маяковский…. То время было пропитано любовью и страстью, тогда все любили всех и страдали по этому поводу. С тех пор я стала разрываться между чувствами к Косте и Пете. Петя совсем потерял голову, и каждый раз плакал, прощаясь со мной.

– Ты должна быть со мной, никто не будет любить тебя так, как я.
Я не знала, что мне делать. Уходить от Кости я не планировала, мне нравилось путешествовать, с Петей мы никуда уже не поедем. Но Костя никогда не говорил о своих чувствах, он считал, что раз мы живём вместе, то это и есть доказательство любви. В общем, я измучилась с этой любовью, похудела. Костя начал что-то подозревать и однажды вызвал на разговор.

– Юля, что происходит?

Я не стала увиливать и сказала, что Петя хочет, чтобы я ушла к нему.

– А ещё что Петя хочет? Скажи, чтобы не стеснялся, заказывал на полную катушку, – усмехнулся Костя. – Или ты к нему собралась? – удивился он.

Я промолчала.

– Юль, я вообще-то думал, что у нас пара, а тут какой-то Петя, – обиделся Костя.

В общем, в тот вечер мы с ним поругались, и я ушла к Пете. Он был на седьмом небе от счастья. Бегал по квартире, суетился, разбил несколько чашек, порезал руку осколками.

В ту ночь у нас с ним ничего не было, я ещё не решила, останусь ли я с ним навсегда. Но на следующий день меня разбудил звонок в дверь, Петя пошёл открывать и нашёл на площадке сумки с моими вещами. Это Костя выставил меня из нашего общего дома.

Прошло несколько дней, Петя не отходил от меня, но мне было не до него. Я поняла, что я потеряла ту интересную жизнь, которая была у нас с Костей. И теперь обречена на внутренний мир Пети. Мне, привыкшей путешествовать по всему миру, этого было мало.

Мне повезло, что Петю вызвала его мама, и когда он ушёл, разыскала у него в квартире запасные ключи, собрала вещи и поехала к маме. Мама, выслушав меня, пришла в ужас.

– Хорошо, что ты догадалась забрать свои вещи. Это случай для психиатра, ты не можешь помочь этому мальчику и бросить свою жизнь к его ногам тоже не можешь себе позволить. Надо уходить сейчас, пока это не зашло слишком далеко, надеюсь, он это переживёт.

– Какая я дура, зачем я ушла от Кости? – плакала я.

Я позвонила Пете, сказала, что уезжаю надолго и не стала больше слушать его мольбы и слёзы. Принцип о том, что должна отвечать за тех, кого приручила, не сработал, инстинкт самосохранения его победил.

Прошло полгода, я больше не заводила романов, училась, много читала, встречалась с подругами и это времяпровождение мне нравилось.

Однажды в кафе к нам с подругой подошёл красивый молодой человек. Я даже не сразу сообразила, что это мой бывший одноклассник Рома. Он попросил разрешения присоединиться к нам, сделал большой заказ на всех и развлекал нас интересными историями.

Пришла пора прощаться и возникла неловкая пауза, Рома, казалось, не мог решить, набиваться ли ему в провожатые или попрощаться.

Я тоже была немного ошарашена, мой одноклассник, на которого я никогда не обращала внимания, поставив на нём клеймо «сын обеспеченных родителей», очень интересный человек. Много знает, читает, анализирует, при этом обладает прекрасным чувством юмора. И, оказывается, владеет несколькими музыкальными инструментами. А я даже не удосужилась с ним пообщаться в школе, узнать поближе, что он за человек.

Дома я всё время вспоминала Рому, почему я не давала ему шанса? Меня бесили его нескромные букеты, подарки.

– А как ухаживать за девушками тем, кто не может себе позволить такие траты? – спросила я свою подругу.

– У людей не одинаковая стартовая позиция, к этому надо относиться спокойно, – ответила она мне тогда.

– Он задаривает подарками, потому что сам ничего не может, – решила я для себя и поставила на Роме крест. Его подвела собственная щедрость.

Я рассказала маме о встрече с ранее отвергнутым одноклассником и о том, что была неправа.

– Я думаю, он на тебя обиделся за выходку на выпускном и даже если он вдруг начнёт за тобой ухаживать, ты всё время будешь подозревать, что он замыслил тебе отомстить, – предположила мама.

Рома всё-таки мне позвонил, сказал, что ему так понравился вечер в кафе, что он не прочь его повторить.

Сначала я вела себя насторожено, вдруг и правда у Ромы какой-то хитрый план мести. Да и Рома был как будто не в своей тарелке. Но потом он сказал:

– Хочу сразу внести ясность, я на тебя не обижен за случай на выпускном. Это было предсказуемо, я не исключал такое развитие событий. Но я хотел сказать тебе, что я тебя люблю и сказал, остальное уже не так важно.

Мы с Ромой больше не говорили на эту тему, перешли на обсуждение книг, фильмов, музыки. Мне стало легко и свободно. Да и Рома понял, что сначала надо хотя бы узнать друг друга получше, а потом уже начинать грузить своей любовью.

Вновь признаться в любви он решился, когда мы уже год как встречались.

– Оооо!!!! Я думала, что я никогда больше это от тебя не услышу, – улыбнулась я.

– Я боялся, думал, что ты опять сбежишь, – объяснил Рома. – Никогда не понимал вас, девчонок.

– Если бы ещё и мы себя понимали, – подумала я.

Фото Pixabay.com

Хотите поделиться своей историей? Присылайте на news@myslo.ru

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен
10 марта 2020, в 09:54 0
Между мужем и любовником, как между двух огней
Между мужем и любовником, как между двух огней
Изгой или Право первой брачной ночи
Изгой или Право первой брачной ночи