Внук Всеволода Руднева: Дома во Франции у меня есть музей «Варяга»

Внук Всеволода Руднева: Дома во Франции у меня есть музей «Варяга»

Никита Руднев-Варяжский, внук нашего знаменитого земляка, приехал в Тульскую область, чтобы принять участие в торжественных мероприятиях, посвященных 110-й годовщине подвига экипажа легендарного корабля.

Никита Руднев-Варяжский, внук нашего знаменитого земляка, командира «Варяга» Всеволода Руднева, приехал в Тульскую область, чтобы принять участие в торжественных мероприятиях, посвященных 110-й годовщине подвига экипажа легендарного корабля.

Никита Пантелеймонович родился и живет во Франции. Немного стесняется того, что не очень хорошо говорит по-русски. Хотя на самом деле это не так. И говорит, и понимает все прекрасно. В трудных ситуациях ему приходит на выручку супруга Женевьев. Она – самая настоящая француженка, и русский учила специально, после того, как стала женой внука русского адмирала. «Когда она не понимает какие-то слова по-русски, она отгадает. Когда я не понимаю, я не отгадаю», – задорно улыбаясь, шутит внук адмирала. Он вообще производит впечатление человека крайне жизнерадостного. Много и заразительно смеется, а вот его супруга Женевьев более сдержана в эмоциях. Хотя видно, что тоже впечатлена всем происходящим.

Конечно же, внук адмирала не отказал в любезности рассказать о себе и об истории семьи Рудневых.

– Никита Пантелеймонович, когда в вашей фамилии появилась приставка Варяжский? Ведь командир крейсера до своих последних дней оставался просто Рудневым.

– Когда точно сказать не могу. У меня нет по этому поводу никаких официальных документов. Ведь моя бабушка, отец и два его брата приехали после революции во Францию, имея в руках только два чемодана с вещами. Все остальное осталось в России. Многих документов они взять не смогли.

– Что для вас, человека, выросшего во Франции, Россия?

– Это мои корни. Я родился, учился, работал во Франции. Но мои корни находятся в России. Для меня это не другая страна. Это дом.

– У вашего дедушки, Всеволода Федоровича, было три сына. Их дети сейчас как-то общаются между собой?

– У всех троих судьба сложилась по-разному. Старший, Николай, вернулся после Второй мировой войны в Россию. А его дочь сейчас живет в Стамбуле. Один, мой папа, остался во Франции. И еще один эмигрировал в Венесуэлу. Но мы поддерживаем друг с другом регулярные контакты. По интернету, в скайпе, теперь это очень просто.

– Рудневы из Венесуэлы не хотят тоже побывать в России?

– Нет, они считают, что это далеко от того места, где они живут. К тому же они уже тоже пенсионеры, как и я.

– Кто-то из Рудневых связал свою жизнь с флотом?

– Нет, на флоте уже никто не служил. Но это бы имело значение, если речь шла о русском флоте. Но мы ведь живем в другой стране.

– У нас в семье есть маленькая лодка, – тут же с улыбкой добавляет Женевьев.

– Что ваши родители рассказывали о дедушке? Какой у него, например, был характер? Он был веселым или, наоборот, молчаливым человеком?

– Моя бабушка умерла до того, как я родился. Моя мать была француженка. А когда дедушка умер, отцу было всего восемь лет. Поэтому такой информации у меня мало. Но, я думаю, что у дедушки был тот же характер, что у меня. Веселый, позитивный, нормальный.

– Во Франции сейчас кто-то помнит о подвиге «Варяга»?

– Это интересный вопрос. Конечно, очень немногие. В свое время, когда произошла битва, это было очень серьезное событие для всего мира. Но с тех пор прошло уже сто десять лет. Была и первая мировая война, и вторая мировая. А битва при Чемульпо – это уже больше подробность истории России, память о которой трудно сохранить даже здесь. Во Франции она тем более теряется. Но чтобы показать моим детям, где находятся их корни, я сделал дома маленький музей. Там есть фотографии, копии картин. В витринах я показал много предметов, относящихся к «Варягу», сувениров семьи. Для французов, которые приходят в гости, такая экспозиция становится большим сюрпризом. Когда, например, видят большой макет крейсера, обязательно спрашивают, что это. И я провожу для них маленькую экскурсию.

– Вы ведь были участником экспедиции на «Варяг». Какие эмоции вызвало погружение к месту, где лежат останки крейсера?

– Да, меня пригласили, чтобы сделать фильм об экспедиции. Что я чувствовал? Там, где есть память истории, это всегда трогательно. Так же, как трогательно было впервые приехать когда-то сюда, в Савино. Впервые это случилось лет пятнадцать назад. Тогда здесь ничего не было, только птицы летали. И за такой короткий промежуток времени столько много всего уже сделано. 

– А когда вы приехали в Россию в первый раз?

– Это было так давно, что уже сразу и не вспомнить. Кажется, в 1967 году. Меня пригласили посмотреть страну. Потом я регулярно приезжал как турист. И мы даже четыре года жили в Москве.

– Когда именно?

– Это было еще до пенсии (заразительно смеется). С 1996 по 2000 годы.

– А кто вы по профессии, что могли себе позволить пожить так долго в другой стране?

– Я работал в нефтяной компании. Вы спрашивали о династии моряков. Мой дедушка три раза участвовал в кругосветном плавании. И я выбрал такую работу, которая дала мне возможность путешествовать по всему миру, у меня всегда было такое желание. Я работал в очень многих странах.

– Где вы живете во Франции?

– На юге, там, где тепло и солнце. Рядом с Марселем.

– У вас много детей?

– У меня сын Дмитрий, у которого уже два сына – Владимир и Станислав, и две дочери – Александра и Валентина. И еще у меня две дочери – Екатерина и Кристина. В общей сложности внуков в нашей семье уже одиннадцать.

– По-русски часто вам удается говорить?

– Нет, очень редко. Но вот моя супруга, Женевьев, изучала русский язык по любви. И понимает его лучше, чем я. Во многих случаях именно она сейчас мой переводчик. Также она помогает мне сохранять историю семьи. Это очень важно.

О подвиге знаменитого земляка Всеволода Руднева и о судьбе крейсера "Варяг" читайте подробно в нашем разделе об истории.

Автор: Сергей Гусев, 12 февраля 2014, в 11:36 +4
Другие статьи по темам
Где в Туле отметить День Святого Валентина?
Где в Туле отметить День Святого Валентина?
Туляк Алексей Альховик: «В старых фотоаппаратах есть волшебство!»
Туляк Алексей Альховик: «В старых фотоаппаратах есть волшебство!»