С Владимиром Ильичом Толстым мы встретились в Ясной Поляне, в Доме Волконского, где сейчас проходит выставка «Какой даровитый человек!». Она посвящена Илье Львовичу Толстому — одному из самых талантливых детей Льва Толстого и прадеду Владимира Ильича.
— Владимир Ильич, вы живете и работаете в Москве. Когда приезжаете в Ясную Поляну, есть вот это ощущение: «Я домой вернулся»? Какие эмоции испытываете?
— Дом у меня остаётся именно здесь, в Ясной Поляне. В этом смысле ничего не изменилось. Я просто в 2012 году уехал работать по предложению Президента России Владимира Путина, и 12 лет был его советником по культуре. Но пришло время двигаться дальше. Мы посчитали, что 200-летний юбилей Толстого, который наступит в 2028 году, требует всесторонней подготовки. И если здесь, в Ясной Поляне, всё развивается благополучно, мне показалось, что московский музей нуждается в дополнительных усилиях. И я попросил, чтобы меня назначили директором Государственного музея Л. Н. Толстого. По прошествии времени я всё больше убеждаюсь, насколько верным было это решение.
— Президент отпустил вас?
— Спасибо ему, да (улыбается).
— Уже почти два года вы возглавляете Государственный музей-заповедник Л. Н. Толстого в Москве. В его создании принимал участие Бахрушин, Бунин, Горький, Репин, Пастернак, жена и дети Толстого… Его называют флагманским. Чем работа в этом музее принципиально отличается от работы директора музея-усадьбы «Ясная Поляна» в Тульской области?
— Лев Толстой един. Но его наследие разделено между двумя музеями точно так же, как семья между домами: большую часть времени семья жила в Ясной Поляне, но 19 зим провела в Москве. Лев Николаевич сам выбирал дом в Хамовниках. Он тоже мемориальный, как и яснополянский. В нем все вещи подлинные. Сохранилась и обстановка, и интерьеры комнат такими, какими они были, когда здесь жила семья. Поэтому есть яснополянский период жизни Толстых, а есть московский. Точно так же разделены и фонды: часть находится в Ясной Поляне, часть — в Москве. Конечно, московское собрание отличается прежде всего тем, что все рукописи Толстого собраны именно там. Всё рукописное наследие, автографы Льва Николаевича Толстого по специальному решению Правительства хранятся в так называемой стальной комнате. Это комната-сейф с толстыми металлическими дверями, которую в своё время для себя создавал фабрикант Иван Абрамович Морозов. Он планировал хранить там коллекцию западноевропейской живописи.
Но после революции было принято решение, что рукописи Толстого бесценны, и для их хранения выбрали наиболее защищённое, охраняемое место.
Правда, сейчас к юбилею мы готовимся создать музей рукописей в Москве на Пречистенке, но, безусловно, стальная комната своё предназначение по-прежнему будет исполнять. Просто появится возможность — я очень на это надеюсь — представлять эти рукописи. Сегодня к ним практически не имеют доступа даже исследователи, только сотрудники рукописного отдела.
Лев Толстой с сыном Ильей. 1903 г. Ясная Поляна. Фото П. А. Сергеенко предоставлено Государственным музеем-заповедником Л. Н. Толстого в Москве.
— Уже идет работа в этом направлении?
— Сейчас мы ставим на реставрацию и основной музейный комплекс в усадьбе Лопухиных-Станицкой на Пречистенке. Должны успеть за два года отреставрировать эти здания. В одном из них, выходящем на Лопухинский переулок, мы и планируем разместить музей рукописей. Но сейчас это всё в процессе: делается проектно-сметная документация, проводятся аукционы на проведение ремонтно-реставрационных работ.
Началась реставрация в мемориальном музее памяти Л. Н. Толстого «Астапово» — в доме, где Лев Николаевич Толстой провёл последние дни своей жизни. Строители и реставраторы уже приступили к работам.
Я очень надеюсь, что и Толстовский центр на Пятницкой будет отреставрирован. Сейчас там проходят выставки, связанные с периодом молодости Толстого. В одном из соседних домов молодой Лев Николаевич снимал квартиру у купцов Варгиных. Ещё у нас есть павильон на ВДНХ, есть музей в Железноводске, где мы сейчас тоже меняем экспозицию, — новая откроется 11 июня.
— Все это курируете вы. Как вас на всё хватает?
— Это только маленькая часть того, что я сейчас делаю. Остался ещё ряд обязательств, которые у меня были как у советника Президента. В частности, я возглавляю две крупнейшие организации, объединяющие преподавателей русского языка и литературы: РОПРЯЛ (Российское общество) и МАПРЯЛ (Международная ассоциация). Это большая отдельная самостоятельная работа.
Мы приступаем к запуску игрового многосерийного фильма по биографии Толстого с рабочим названием «Созвездие Льва». Я бы пока не хотел называть имена, но мы определились и с режиссёром, и с партнёрами по кинопроизводству.
— Вы принимали участие в создании сценария?
— Я написал в своё время литературную основу для сценария. Конечно, это не профессиональный киносценарий. Но это та канва, основа, которую использовали сценаристы.
— Уже прошёл кастинг?
— Кастинг идёт и будет ещё идти, это довольно сложная задача. Первый сезон — это молодой Толстой. Охватывает период с Кавказа до женитьбы и начала работы над «Войной и миром», с пятидесятых годов до шестьдесят второго-шестьдесят третьего. Соответственно, Толстому там от 23 лет и до 35. Наряду с ним важными героями будут его братья, сестра, ближайшее окружение. И это всё молодые люди. Поэтому нам надо собрать ансамбль артистов 27-30 лет, чтобы они могли выглядеть и на 25, и на 35. И чтобы зритель поверил, что это семья, братья и сестра, которые по-особенному нежно относились друг к другу.
— И чтобы были похожи друг на друга…
— Да, конечно, и внешнее сходство важно. Но даже важнее передать, на мой взгляд, атмосферу жизни. Найти лица не сегодняшние, а середины XIX века. Максимально достоверно передать то, как жили эти люди, как они думали, относились друг к другу и миру.
6 июля 2008 года. Владимир Толстой с женой Екатериной, дочками Анастасией и Екатериной, сыновьями Андреем и Иваном.
— Сколько сезонов запланировано снять?
— Три. Второй сезон — это «Война и мир», «Анна Каренина», конец шестидесятых и до 1884 года. Третий сезон — последние годы жизни с середины восьмидесятых до ухода.
— Это колоссальная работа, масштабнейшая…
— Да, и увлекательная, интересная. И мне кажется, что она очень важна. Я убеждаюсь, что даже образованные люди, читающие и интересующиеся Толстым, очень плохо знают его биографию. Раньше кинематограф больше всего интересовался темой ухода, смертью Толстого, историей завещания. Мне кажется важным, чтобы зритель узнал весь жизненный путь и полюбил этого героя.
— Название «Созвездие Льва» утверждено?
— Пока оно рабочее, но нравится всем. В сериале речь пойдет не только о Льве Николаевиче. Конечно, он центральный персонаж, но вокруг него созвездие людей, и это не только семья и близкие. Толстой общался и был дружен практически со всеми важными и великими людьми русской культуры и в литературе, и в музыке, и в живописи:
Репин, Ге, Чайковский, Рубинштейн, Танеев, Тургенев, Некрасов, Чехов, Куприн, Бунин, Горький… Это круг общения Льва Николаевича, то самое «созвездие Льва».
Кроме того, Лев Николаевич прожил довольно длинную для своего времени жизнь — 82 года. За время его жизни сменилось четыре русских императора, произошло много исторических событий, был Кавказ, Крымская война, зарубежные поездки. Мы покажем жизнь человека и вовлечённых в его орбиту людей на фоне истории России и мира.
— Не только личность самого Толстого, но и его творчество не оставляют в покое. Сейчас по «Войне и миру» снимают новые экранизации режиссеры Сарик Андреасян и Сергей Урсуляк. Вы ждете эти премьеры с интересом и хорошим любопытством или с настороженностью? Или вообще не ждете?..
— Я думаю, что здесь очевидно (смеется). Что-то с опаской, что-то с большей надеждой. Сергей Владимирович Урсуляк работает очень тщательно, дотошно. Он большой русский режиссёр, профессионал высокого класса, который доказал это неоднократно своими работами («Ликвидация», «Тихий Дон», «Исаев», «Праведник». — Прим. авт.). Я очень надеюсь, что и здесь ему удастся выразить своё отношение, показать свою интерпретацию. Каждый фильм — это новая «Война и мир» и новая «Анна Каренина». Это взгляд через призму конкретного режиссёра, но это и коллективный труд: операторы, художники, авторы музыки, артисты…
— Но Толстой волнует, тревожит до сих пор…
— Да, хотя мне немножко обидно, что истерзали уже и «Войну и мир», и «Анну Каренину». А много произведений остаётся за кадром. Я хотел бы увидеть фильм по «Казакам», очень люблю эту романтичную и художественно блистательную повесть Толстого. Наверное, сложнее снять, скажем, «Хаджи-Мурата», но, по-моему, это тоже достойно. Или такой вроде бы локальный сюжет, не очень кинематографичный, но потрясающий — «Хозяин и работник», «Два гусара». Есть очень много всего, что можно было бы снять. Но и оперы, и балеты, и кино сосредоточились на двух крупнейших романах Толстого. Я рад, что вышел фильм «Семейное счастье», который сняла Стася Толстая.
— Да, у вас в семье теперь есть режиссёры: ваш сын Иван и его жена Стася окончили ВГИК, мастерскую выдающегося режиссера Сергея Соловьёва…
— Ваня обязательно примет участие в работе над сериалом «Созвездие Льва». У него есть свои проекты, один из которых, продюсерский, связан с семьёй Толстых. Стася сейчас будет снимать новый фильм по современной литературе.
Ясная Поляна, 2012 год, с режиссером Сергеем Соловьевым. Он снял свою «Анну Каренину» с Татьяной Друбич в главной роли.
— А у вас есть любимые постановки «Войны и мира» и «Анны Карениной»?
— Советская классика 1967 года. Я с большим уважением отношусь и к работе Сергея Бондарчука, который снял «Войну и мир», и к работе Александра Зархи — фильму «Анна Каренина». Это по-настоящему большое советское кино с прекрасными актёрскими работами.
Что касается последующих попыток, то что-то действительно интересное находил и Сергей Соловьёв в своей «Анне Карениной», и Карен Шахназаров, с которым мы дружны. Карен любит Толстого, у него есть ещё замыслы, связанные с творчеством Льва Николаевича.
Из зарубежных фильмов мне показалась интересной экранизация с Кирой Найтли. Мне всегда была симпатична французская актриса Софи Марсо, которая сыграла Анну Каренину и с которой мы подружились на съемках. Качественно был сделан сериал BBC по «Войне и миру». Конечно, мы видим, что это нерусский фильм, но тем не менее все сделано с большой любовью, очень профессионально. Во всем можно найти новый взгляд, идеальной экранизации не существует. Оба романа шире любого киноформата.
Но любая попытка — это интересно. И самое главное, возвращает интерес к самому Толстому, заставляет многих людей взять книгу в руки.
Июнь 2021 года, с режиссером и близким другом Кареном Шахназаровым. Своей Анной Карениной он увидел Елизавету Боярскую.
— Совсем скоро фестиваль «Толстой». За что вы его любите?
— Фестиваль потрясающий! Он охватывает всю усадьбу. В эти дни везде что-то происходит для взрослых, для детей, для семей. Какие-то небольшие спектакли, спектакли-бродилки, кинопрограмма, насыщенная образовательная программа, лекции, интервью, разговоры… В этом году он пройдет с 3 по 5 июля, будут две главные сцены. На одной будет балет, на второй — большой драматический спектакль. Главное, чтобы не подвела погода.
Разминка перед скачками. 1997 г. Фото П. П. Кривцова.
— Владимир Ильич, у вас две внучки?
— Сейчас у меня две внучки: Кате шесть лет, Ане два с половиной года. Я очень их люблю, они очаровательные, поражают меня. В семье старшую зовут Кити, она привыкла и уже сама так представляется.
— А она понимает, откуда это?
— Я думаю, что догадывается. Они обе очень умненькие. Добрые, чудесные, с ними интересно общаться. Я очень люблю, когда мы собираемся всей семьёй. У нас общие праздники, обязательно хотя бы раз или два в году мы стараемся куда-нибудь все вместе поехать. И тогда полсамолета — это Толстые (смеется).
— Какой вы дедушка?
— Это лучше у них, наверное, спросить. Но они меня любят. Наверное, неплохой. Добрый, щедрый.
— Что для вас отдых? Как вы любите отдыхать, перезагружаться?
— Самое простое: природа, лес, река, грибы, рыбалка.
— То есть не Мальдивы, не Канары?
— Нет, я не был ни там ни там. Мы любим морской отдых. Когда мальчики (сыновья Андрей и Иван. — Прим. авт.) были маленькими, ездили в Болгарию, на Кипр, в Грецию, Турцию, потом открыли для себя Шри-Ланку и Таиланд. Мы не живем в гостиницах, нам нужно как минимум пять номеров. Мы находим дом, в котором достаточное количество спален, и мы все помещаемся. У нас общая гостиная, где мы собираемся, проводим время, играем. Общая кухня, где мы готовим. В общем, быть вместе — это, наверное, самая большая привилегия.
— То есть уху можете сварить на костре?
— Запросто! Пальчики оближешь!
— А что ещё фирменное готовите?
— Я вообще неплохо готовлю. Плов, мясо… Хочу, чтобы теперь уже больше дети это делали, но готовка доставляет мне удовольствие. Я могу несколько часов провести у очага и чем-то порадовать близких.
2015 год. Байкал, Листвянка.
— Владимир Ильич, есть ли у вас какая-то идея или мечта, которая ещё не реализована и не даёт покоя?
— Сейчас все связано с празднованием 200-летия Толстого в 2028 году. Хочется все успеть! Снять по-настоящему хороший биографический сериал — это очень важно. Мне хочется, чтобы Толстого узнали и полюбили молодым. Он бросил университет, проигрывал в карты, был человеком эмоциональным.
Старшие братья о нём говорили: «Пустяшный малый». И вот из этого «пустяшного малого» вырос великий мировой писатель. Он сам себя сделал.
— Хорошая мотивация для тех молодых людей, кто ещё не нашел себя…
— Конечно, они увидят, что у него были такие же вопросы, такие же проблемы. Ему не хватало денег, он считал себя недостаточно красивым, он совершал ошибки, ленился, подвергал себя анализу и критике. Он был сам себе психологом, знал прекрасно свои слабости, пороки и боролся с ними. И побеждал. Толстой показал, как можно добиться любой поставленной задачи. Вообще, жизнь Толстого очень поучительная, интересная, увлекательная, яркая. Мне очень хотелось бы, чтобы люди заново открыли для себя этого невероятного человека.
— А вы видите в себе какие-то черты своего прапрадеда?
— Мы все шутя говорим, что в каждом из нас есть та самая «толстовская дикость». Мы натуры страстные, эмоциональные. Не всегда внешне это показываем, стараемся быть сдержанными. Но точно неравнодушные, увлечённые, к чему-то всегда стремимся, и многое удаётся. С момента, как ты понимаешь принадлежность к роду Толстых, ты в любом случае начинаешь ощущать, что жить надо так, чтобы не бросать тень на фамилию, на род, на предков. Это мобилизует. И даже спасает от каких-то поступков. Вовремя подумаешь: «Я, наверное, не имею права». И это отрезвляет, останавливает.
— Владимир и Илья — это ваши родовые имена?
— Так получилось в нашей ветви. Но мы с женой Катей своих сыновей не стали так называть, выбрали для них имена Андрей и Иван. Дочери — Анастасия и Екатерина. Так что расширяемся (улыбается).
С женой, дочерьми и старшим братом Ильей Ильичем. 2016 год.
— Быть Толстым — счастье?
— Мне очень нравится быть Толстым. Сейчас в Доме Волконского проходит выставка об Илье Львовиче, и им я горжусь в неменьшей степени, чем Львом Николаевичем. А своим дедом Владимиром Ильичом — не меньше, чем Ильёй Львовичем. И своим отцом — не меньше, чем дедом. Никого из них уже нет в жизни. Отца не стало в 1997 году, почти 30 лет назад. Но для меня они живые люди, с которыми я продолжаю советоваться, чьё мнение для меня важно. Я их знаю, чувствую, понимаю, как они относились к жизни, мне приятно быть их продолжением. И радостно, что уже мои дети делают следующий шаг, а внучки — следующий. И по-моему, это здорово!
