Набережная Дрейера: Часть третья

Набережная Дрейера: Часть третья

«Слобода» продолжает серию публикаций «Прогулки по Туле» (начало в №18 от 2 мая). Редакция вместе с историком-краеведом Александром Лепехиным предлагает вам, дорогие читатели, прогуляться по тульским улицам, переместившись во времени на много лет

«Слобода» продолжает серию публикаций «Прогулки по Туле» (начало в №18 от 2 мая). Редакция вместе с историком-краеведом Александром Лепехиным предлагает вам, дорогие читатели, прогуляться по тульским улицам, переместившись во времени на много лет назад. «Прогулки по Туле» – это исторический городской путеводитель, который можно вырезать, сложить в удобную книжку и собрать целую подшивку, чтобы потом показать гостям, детям и внукам, изучая историю Тулы!


Александр Лепехин,

тульский историк, краевед

Здравствуйте, мои дорогие читатели! Прогуливаться по улицам Тулы стало холоднее, но я думаю, что даже плохая погода не помешает нам осмотреть до конца старинную набережную Дрейера.  Мы с вами в прошлый раз остановились возле дома №33. Идем дальше!


Тула, ул. Дрейера, 33-а. XIX-XX век.

Следующий за ним – дом №33 с литером «а». Двухэтажный, каменный, красивый. Построен он в стиле эклектика на рубеже XIX и XX века. Его предназначение не очень ясно, но по планировке он больше подходит для какой-то конторы или общежития. Скорее всего, в разные времена в нем располагалось и то, и другое. Это достойное строение, украшающее набережную. Сейчас в нем обычные квартиры.

Следом за этим домом идет небольшой пустырь. Вся городская застройка здесь снесена.

Курковая улица

Подходим к пересечению с Курковой улицей. Откуда такое название – Курковая? Объясню.

Раньше оружие производили мастера-надомники, и их селили по специальности или по цехам. Над ними был выборный или назначаемый староста, который следил за порядком, за соблюдением технологии производства и прочими вопросами.

Мастер изготавливает дома несколько курков и несет их на Оружейный двор. Там проверяют качество изделий, насколько соблюдены размеры, и покупают у мастера изделия. Если товар плохого качества, их бракуют и сообщают старосте об инциденте. Староста уже на месте выясняет причину брака и оказывает практическую помощь или наказывает бракодела. Если мастер вообще не справляется со своими обязанностями, его исключают из цеха. И  он обязан переселиться в другое место. Свой дом он продавал члену цеха или разбирал (!) и собирал уже на новом месте.

Наследие завода
 
Но вернемся на улицу. Здесь практически все строения связаны с Сахарным заводом. Угловой одноэтажный дом №50/1 сделан из дерева, скорее всего, в конце XIX века. Но он обшит дранкой, оштукатурен. Складывается ощущение, будто он каменный. Скорее всего, в свое время это был торговый дом по продаже сахара: подъезд к зданию удобный, и от производства в стороне.


Пересечение улицы Курковой и набережной Дрейера, дом №50/1.
Торговый дом по продаже продукци и сахарного завода.

Далее по Курковой улице стоит несколько полуразрушенных кирпичный двухэтажных зданий. Время их постройки – конец XIX века. Это казармы для рабочих сахарного завода. После революции словосочетание «казарма для рабочих» было заменено на «рабочее общежитие».

Строение №5 по Курковой – яркий представитель рабочего общежития довоенного или послевоенного образца. На четной стороне улицы Курковой тоже дома, в основном, для рабочих сахарного завода. Здесь мы видим и дома постройки середины 1960-х годов. Это обычные «хрущевки», сделанные из силикатного кирпича.


Бывшее общежитие для работников завода довоенного образца.


Бывшие строения бытовых служб сахарного завода превратились в руины.

Что такое силикатный кирпич? Он появился в Советском Союзе во времена первых пятилеток, когда у нас был мощный бум строительства. Стройматериала не хватало. Тогда же появились первые шлакоблоки. Простой кирпич долго и трудоемко изготовлять: глину найди, добудь, привези, размешай, в форму уложи, а потом обжигай до белого каления. С силикатным все гораздо проще. Известь с песком перемешал, химии добавил, сформировал, чуть в автоклаве попарил и готово. И дешевле и проще. Советский Союз занимал первое место в мире по его производству.

Дворец культуры

Но вернемся на набережную. За Курковой улицей стоят два умирающих здания конца XIX века, тоже относящиеся к сахарному заводу.

Еще недавно здесь кипела жизнь. Тут были и магазины и почта, а во втором здании – заводской Дворец культуры. Здесь было все: и кино, и танцы, и кружки, и студии всякие. Рабочие после работы, молодежь, дети сюда стремились, и каждый здесь находил себе занятие по душе. Эти стены были свидетелями больших и маленьких радостей и удач. Люди уходили отсюда веселее и добрее. Сегодня здесь все умирает.


Раньше в здании  располагался Дворец культуры Сахарного завода. Когда-то здесь кипела жизнь!

Заслуживает внимания жилой дом №62. Деревянный рубленый, обшитый струганной доской. Сделан он в виде двух двухэтажных башен, соединенных между собой одноэтажной перемычкой. Дом элегантно украшен деревянными декоративными элементами. Внутри на деревянных лестницах перила поддерживают точеные балясины.


Дом №62 по набережной Дрейера.

Следующий одноэтажный деревянный дом с большими окнами дореволюционной постройки отделен от предыдущего мощной кирпичной противопожарной стеной, которую на немецкий манер называют бранд-мауэр, по-русски – пожарная стена.

Двухэтажный дом, который мы видим далее, построен на рубеже XIX и XX веков и ныне занимают конторские служащие сахарного завода, вернее ОАО «Туласахар». В дни обороны Тулы здесь размещался штаб 115 стрелкового полка 36-й бригады НКВД.


Контора «Туласахара». В дни обороны Тулы здесь размещался штаб 115 стрелкового полка НКВД.

Сахарный завод. Тулякам он был известен тем, что там по ночам что-то сильно, регулярно, на всю округу грохало. Люди говорили, что на заводе «кололи рафинад». Многие тульские студенты заработали здесь первые свои деньги на разгрузке-погрузке вагонов. Я иногда добрым словом вспоминаю те 50-килограммовые сладкие мешки. Они меня здорово закалили!

Сахарный завод

Завод был построен московскими сахарозаводчиками братьями Терещенко и начал работать осенью 1873 года. На нем трудились 360 человек и до конца 1873 года они изготовили 50 тысяч пудов рафинада. Технология изготовления сахара с тех пор принципиально не изменилась, только машины стали другие. Труд рабочих на таких заводах стал легче и производительней.

Сахар продавали «головами», которые формировались при выпаривании очищенной вытяжки их сахарной свеклы. Она имела коническую форму, ее заворачивали в бумагу и так продавали. А уж лавочник сам ее пилил, колол и продавал. На сахарорафинадном заводе в 1913 г. работало 1400 рабочих. Он ежесуточно выпускал более 7 тыс. пудов продукции массового спроса, годовым объемом 1,5 млн. тонн.

В 1918 году предприятие было национализировано, но из-за развала внутренних экономических связей не работало. Производство сахара возобновилось только в 1922 году. Во время Великой отечественной войны предприятие выпускало взрывчатые вещества. Рядом с заводом стояло несколько зениток, которые защищали и завод и железнодорожный мост через реку Упу.

После войны завод вернулся к производству сладкой продукции. В начале 50-х годов его реконструировали.


Сахарный завод. От старой застройки осталась только красивая водонапорная башня.

От старого завода осталась только построенная с душой и красиво украшенная водонапорная башня у проходной со стороны реки Упы. 

Вернемся немного назад и по улице Курковой выйдем на улицу Луначарского. Первая граница Заречья и города Тула долгое время проходила именно по этой улице. Ранее она называлась Георгиевской по имени церкви Георгия Победоносца, которая стояла уже за границей города на торговой площади на Хопре.

Улица была переименована в 1923 году, но не в честь первого Советского министра просвещения Анатолия Луначарского, а в честь его старшего брата Платона (1865-1904), который был убежденным революционером, и его на этом пути не могли остановить ни аресты, ни тяжелая болезнь. В Тулу его выслали под надзор полиции, а он быстро нашел единомышленников и создал Тульский комитет РСДРП. Окружающие восхищались его энергией и убежденностью и сочувствовали состоянию его здоровья. Он не дожил даже до первой русской революции, но тульские товарищи помнили его и его дела и при первой возможности увековечили его имя.

Идя по ул. Луначарского от Курковой, мы видим, что нечетная сторона улицы почти полностью снесена. По четной стороне стоят, в основном, убогие дома исторической городской застройки.

Когда-то, лет 150 назад на лавочках у домов после трудного рабочего дня собирались оружейники и пели песни. Не только народные, но и оды Ломоносова. Летом этого года я был в детском лагере, там был концерт. Я там не услышал ни одной народной песни, не увидел ни одного народного танца. В моем детстве в пионерлагерях эти песни и танцы были обязательно.

...В Туле до сих пор нет улицы или части улицы превращенной в музей-заповедник, где бы сохранялась историческая застройка. Конечно когда видишь эти убогие дома, то понимаешь, что жить в них невозможно, и жители спят и видят, что их развалюху снесут, а они переедут в новые квартиры. Но разрушая историческую застройку, мы уничтожаем и свою самобытность, свою культуру и историю!

Сегодня в Туле много говорят о развитии туризма. Даже целый форум по этой теме прошел. Но одним новоделом туриста не заманишь. Современному туристу хочется пройти по старой улице, зайти в старый дом, поучаствовать в каком-то процессе: в свадьбе, обрядовом празднике.

Вот какие мысли меня посетили, когда я шел от улицы Курковая по улице Луначарского к храму Георгия Победоносца. Он победил Змия черных дел, равнодушия и убогости.

9 октября 2012, в 18:30
Другие статьи по темам

Главные тульские новости за день от Myslo.ru

Мы будем присылать вам на почту самые просматриваемые новости за день