Временная Воронка, или Тула глазами волжского жителя

Временная Воронка, или Тула глазами волжского жителя

Всегда интересно, а какая она наша Тула со стороны?.. Сколько людей, столько и мнений. Сегодня рассказ от Анастасии Коноваловой.

- Меня зовут Настя. 4,5 года назад я поняла, что мне стало очень тоскливо жить в своем родном городе – Самаре – и решила, что нужно куда-то двигаться. В качестве места назначения была выбрана Тула – без какого-то особого обоснования. Просто интересно, есть знакомые, нужно посетить.

В результате, все эти 4,5 года я тут и прожила с периодическими вылазками в другие города. Успела сменить несколько работ, окунуться в жизнь большого офиса, покрутиться в сфере пиара, искусства, развлечений, образования и др. Но я всегда была здесь немного гостем, и смотрела на Тулу глазами скорее не обывателя, а туриста, отставшего от своего автобуса.

Настало время уезжать из Тулы. Напоследок, параллельно со сбором вещей, соберу воспоминания. Так что же удивило меня за эти несколько лет в старинном городе цветущих каштанов и русоволосых людей?

 

Трёхфазные светофоры

Не то чтобы я увидела их в Туле впервые. Нет, я их и раньше встречала. Наверняка в любом большом городе они есть. Но их количество – вот, что меня удивило. Причём ладно перекрёстки на двух проспектах: там понятно, машин много, людей много, нужно их всех как-то разграничить и дисциплинировать. А вот маленькие незначительные улочки с движением в две полосы, где автомобили редко собираются даже в час пик – вот, что искренне удивляет. Стоишь на какой-нибудь Демонстрации, людей нет, машин нет, а ты стоишь и ждёшь, когда секундомер отсчитает эти 84 секунды красного света.

И как следствие – необычная привычка туляков переходить перекрёстки по диагонали. Всё, чему меня учили с малолетства (переходить дорогу только по «зебре»), здесь постепенно забывается. Люди срезают не только «от угла к углу», но и, как говорит мой тульский знакомый автомобилист, часто ходят буквами Z, S и по другим, знакомым одним только тулякам, траекториям. И всё, разумеется, нужно успеть за одну зелёную фазу светофора.

 

Пряники

Чего же тут удивительного? И действительно: просто один из стереотипов, фишка для туристов, известная по всей стране и даже за границей. Во многих городах есть что-то такое. Да, но не совсем.

Дело в том, что подобные стереотипы в реальности чаще всего оказываются неправдой. Наивно полагать, что все самарцы знают слова песни «Ах, Самара-городок» (особенно её оригинального, нематерного, варианта) и ездят по городу на «ладах». Вот так же я думала и насчёт пряников: ну продаются они в паре-тройке мест при музеях, скучные, дорогие и бестолковые, и никто, кроме туристов, ими давно уже не интересуется.

Так нет же! Туляки едят пряники! Они кушают их с чаем и кофе, берут в офис и на учёбу, алкаши закусывают ими водку. Пряники продаются во всех супермаркетах города, и местный житель со знанием дела расскажет вам, какую начинку он любит больше всего, тщательно аргументировав свой выбор. И это приятно удивляет.

К слову, я так и не стала фанатом тульских пряников за всё это время. Но зато белёвские сладости меня искренне порадовали: с удовольствием их всегда покупала в качестве сувениров и кушала сама.

 

Музей оружия

Ещё один исторический символ города. Вполне ожидаемая, очень богатая экспозиция вооружения разных эпох и народов (я была в обоих зданиях). Но, методично осматривая все экспонаты, я не могла избавиться от какого-то гнетущего и тяжёлого ощущения. Музей оружия – по сути, самый яркий в мире символ замкнутого круга человеческого существования. Вся наша история сводится к тому, чтобы придумывать смертельное оружие, а потом тут же изобретать броню, которую оно не сможет пробить. Вслед за этим разрабатывать орудия, которое пробьют новую броню, – и так до бесконечности. Что-то бессмысленное, бесперспективное, закольцованное и неизбежное. В общем, не пойду я больше в этот музей, хотя он-то ни при чём: он просто отражает реальность.

Ну да ладно, в Туле много гораздо более позитивных вещей. Например…

 

Ёжики

А именно – ежи в качестве городских животных. Когда увидела ежа в тульском газоне в первый раз – удивилась и подумала, что просто какой-то злодей его сюда из лесу привёз и выкинул. Но затем встретила ещё и ещё, больших ежей и маленьких ежат.

Когда рассказываю своим в Самаре об этом – не верят. Не верят, что летом с наступлением темноты в городе по тротуарам и газонам начинают шнырять маленькие колючие создания. Не верят, что вечером, сидя на балконе, я постоянно наблюдала во дворе этих зверушек, идущих по своим делам.

Честно говоря, этот факт приводит меня в абсолютный восторг. И каждый раз, гуляя поздним вечером по Центральному парку, я была слишком невнимательна к собеседникам: мои мысли и взгляды устремлялись только в сторону деревьев. И почти всегда это было вознаграждено долгожданной встречей. Я с восторженным криком: «Йооооожик!» – убегала от своих спутников, которые искренне не понимали, как можно удивляться ежу – самому обыкновенному городскому животному. Ёжики моего внимания тоже не ценили и, чувствуя неловкость ситуации, всегда исчезали в высокой траве.

 

Двери

Вот это феномен совершенно непонятный, и мне его ни разу так никто и не объяснил. Ещё в самый свой первый приезд в Тулу в качестве туриста, 5 лет назад, я обратила на них внимание: надо же, какие удивительно активные, улыбчивые и приветливые промоутеры рекламируют на улицах города какие-то двери. Всегда брала у них листовки и улыбалась в ответ: хотелось хоть как-то подбодрить и поощрить ребят за такую самоотдачу.

Но постепенно мне становилось не по себе. Оказывается, это была не разовая рекламная акция. В любую погоду, и в будни, и в праздники, на одних и тех же местах, среди серой бегущей толпы, всё стоят эти одни и те же ребята с восторженными румяными лицами, подскакивают со своими маленькими листочками и очень хотят завести с тобой позитивный разговор о дверях.

Где-то после двадцатого взятого листочка я уже стала от их шарахаться, изображать занятые руки и разговор по телефону. После сорокового листочка я стремлюсь переходить на другую сторону улицы, только бы не встретиться с этим «позитивчиком». Нет, вы не подумайте, я люблю весёлые лица, и сама улыбаюсь при встрече с любым человеком, но… Чёрт возьми, кто они такие?

 

Таблички

Тула – город, живущий своей историей и гордящийся ею. Это заметно по скрытым и явным признакам. Один из явных – бесконечные таблички на городских домах. Для вас они, может, уже привычны, а моё внимание неизменно привлекают. И если с Толстым, Салтыковым-Щедриным и границами обороны Тулы всё понятно – это действительно великая память и гордость – то упоминание совершенно неизвестных поэтов-песенников, конструкторов и проректоров кажется довольно трогательным. И внушает уважение.

 

Центральная площадь

Но иногда во взаимоотношениях Тулы со своей историей случаются откровенные казусы. Главный из них, на мой взгляд, – это площадь Ленина, точнее, её архитектура. Ну ладно, после революции снесли несколько храмов – обидно конечно, до боли, но так по всей стране было. Ну ладно, уничтожили квартал купеческих домов, чтобы водрузить рядом с Кремлём типовое серое огромное здание Администрации, и поставили к нему спиной грузного Ленина – всяко бывает. Вон, у нас в Самаре вообще на главной площади стоит уродливый малоизвестный уголовник Куйбышев – что поделать, вот такая у нас история.

Но изменения, внесённые во внешний облик центральной площади Тулы уже в моём присутствии, искренне обескуражили. Поставить лоб в лоб с серым административным зданием нечто не менее серое, но гораздо более пафосное, очень напоминающее надгробие на могиле цыганского наркобарона, приляпать два грубых кольца и назвать всё это «Дворцом бракосочетаний» – это выше моего понимания. Несчастный черноглавый Успенский собор, кажется, на фоне всего этого «великолепия» скукожился и почернел пуще прежнего. Как я его понимаю!

 

Крапива и черемша

Широка страна моя родная… Уезжаешь, казалось бы, недалеко, а климат уже чуть-чуть поменялся, и растения – вместе с ним. И если в Самаре в качестве самых популярных сорняков я привыкла видеть сныть, подорожник и дикорастущую коноплю (да, раньше у нас в городских газонах её было видимо-невидимо), то здесь стоит только летом свернуть с тротуара – сразу есть риск обжечь ноги крапивой. Здесь её какое-то немыслимое количество. По весне мне эти светло-зелёные нежные листочки всегда были очень аппетитны, но я так и не решилась их нарвать и приготовить щи. Городские растения, знаете ли… Ну мало ли что в них может накопиться! К сожалению, до лесной экологически чистой крапивы я так и не доехала.

Зато другая весенняя лесная зелень стала для меня одним из главных тульских открытий! Все местные деликатесы просто меркнут на фоне свежей черемши, которую бабушки начинают продавать в апреле, едва только с солнечных опушек сойдёт снег. И как же я была неправа, что сначала относилась с равнодушием к этим листочкам, думая, что это какой-то обычный щавель или шпинат. В Самаре почему-то дикая черемша не растёт. Или просто собирать её не принято. Но в прошлом году я купила здесь семена, привезла домой и попросила маму посадить на даче. Надеюсь, это чудо вырастет и ещё не один год будет радовать меня свежим, весенним, таким ярким тульским ароматом.

 

Вода

Я выросла на берегу Волги, и из окна моей самарской квартиры я с детства вижу великую Реку. Я объездила Поволжье, была на морях и привыкла к тому, что у каждого города должно быть большое водное пространство. Поэтому, глядя на Упу, я всегда немного скучала: мне не хватало воды.

Мой отец, когда приехал ко мне в Тулу на пару дней погостить, позвонил мне по телефону и сказал: «Я тут рядом с вокзалом – ну, у ручейка с утками». Услышав, что это не ручеёк, а одна из самых полноводных рек Тулы Воронка, папа даже сначала не поверил. Я тоже не сразу привыкла.

И уж не знаю, по этой или по какой другой причине, но в Туле из крана течёт самая грязная вода из всех мною виденных. Прокипятишь её – и на дне кастрюли образуется густой белый осадок, напоминающий манную кашу.

Ну и что самое потрясающее – некоторые местные аборигены эту воду, прямо из-под крана, пьют. «Я знаю, что она вредная, но ничто так не утоляет жажду в жаркий летний день, как эта водичка!» – с аппетитом произносит мой знакомый. Я пробовала – не оценила.

 

Заводы

Да не простые, а работающие! Так сложилось, что слово «завод» для меня связано с чем-то очень далёким из детства, на заводах работали оба моих родителя. С тех пор все большие производства позакрывались, а на оставшихся заводах остались работать два типа людей: алкоголики предпенсионного возраста, которым больше некуда податься, и вчерашние студенты, которых никуда, кроме заводов, без опыта не берут.

В Туле всё иначе. Заводы весело коптят небо своими бесчисленными трубами, а работают на них зачастую очень интересные люди: в свободное время они – рокеры, байкеры, художники, тусовщики, поэты-любители. Весёлый ди-джей и ведущий мероприятий, который в дневную смену иногда собирает ручные гранаты на заводе – почему бы, собственно, и нет?

 

Тульские словечки и речь

В каждом регионе люди говорят по-особенному. Здешняя речь мне сначала казалась очень непривычной, и я ловила себя на этой мысли постоянно: на улице, в магазинах, при общении с новыми знакомыми. Потом как-то привыкла, однако сама как тулячка говорить не стала.

Главное – это, конечно, местный глухой звук «г». Обозначим его [гх]. Я честно пыталась усвоить закономерность его употребления. Одни не используют его вообще, произнося привычное [г]. Другие употребляют его только в части слов: например, «день[гх]и», «дру[гх]», «[гх]ород» и др. Третий тип людей ставит [гх] везде, где это только возможно, даже в самых неожиданных ситуациях.

Примеры? Когда я подрабатывала в Туле репетитором по английскому, впервые столкнулась с таким неожиданным феноменом: некоторые мои ученики даже в английские слова вставляли этот звук. Таким образом получались чудесные гибриды вроде «[гх]ёрл» (girl) или «бу[гх]и-ву[гх]и». По сравнению с этим даже девушка, называющая своё имя – Ре[гх]ина – или Белоснежка, кричащая со сцены «[Гх]номы!», мне уже не казались чересчур удивительными.

Что касается фирменных тульских словечек – тут чуть менее ярко. Запомнилось, что маршрутки вы называете «лайнами» или «автолайнами» (да, я знаю, откуда это пошло), киоски/ларьки – палатками, а неформальное повсеместное название для представителей мужского пола – «малый». Интересно, вспомню ли я о них, живя в сотнях и сотнях километров отсюда?

Сумки собраны, билет на поезд в один конец лежит в кармане. Когда поеду из Тулы на электричке в московском направлении, буду смотреть из окна и думать о том, как же удивительно точно подметил Куприн в конце одного своего рассказа:

«Пошел поезд, и все ушло назад, навсегда, безвозвратно. И когда стали скрываться из глаз последние голубые избенки Заречья […] – странная грусть сжала мне сердце. Точно там, в этом месте моих тревог, страданий, […] осталась навеки частица моей души».

За фото спасибо Василию Цветкову.

 

Если кто-то пропустил, другие "гостевые заметки" хранятся здесь:

Взгляд на Тулу из Подмосковья

Заметки маньяка-путешественника из Москвы

История про Тулу от агента Малдера из Воронежа

 

Опрос

Как вам рассказ от Анастасии?

Автор: strannik_c, 13 апреля 2015, в 12:01 +29

«Гульбарий»

Маршруты выходного дня и дерзкие планы на лето. Кто не подпишется, в отпуск не пойдет!

Йеллоустоун и Грейт Тетон
Йеллоустоун и Грейт Тетон
Ясногорск
Ясногорск