Блеск и нищета Филипповской булочной

Булочная Филиппова. Тула, 1912 г.

Блеск и нищета Филипповской булочной

Этот дом на улице Советской (ранее Посольской) многие поколения туляков знали как Филипповский магазин.

Именно здесь 1 ноября 1908 года (по старому стилю) Дмитрий Иванович Филиппов, наследник и продолжатель дела своего отца Ивана Максимовича Филиппова, открыл отделение придворной пекарни и магазин.

Его пироги не входили в ворота,
а кабинет был оклеен «катеньками»

В филипповских булочных каравай проверяли на свежесть следующим образом: приказчик клал его на идеально чистый прилавок, придавливал со всей силы ладонью, а затем отпускал руку. Через пять-шесть секунд свежая выпечка медленно приобретала прежнюю форму. Порченый каравай или крендель, который не хотел подниматься, продавали вдвое дешевле. Самым популярным сортом пшеничного хлеба был ситник (или ситный) по 5 или 7 копеек за фунт.


Иван Максимович Филиппов — основатель
династии знаменитых булочников.

С легкой руки Владимира Гиляровского, русского писателя, журналиста, бытописателя Москвы, была запущена легенда, что сайки с изюмом появились благодаря некоему казусу. Всевластный диктатор Москвы генерал-губернатор Закревский, которому каждое утро подавались к чаю горячие сайки от Филиппова, однажды обнаружил в своем хлебе таракана. Немедленно притащили к начальству испуганного Ивана Филиппова.

- Это изюминка-с, ваше превосходительство, — не растерялся он. И съел кусок с тараканом.
- Разве сайки с изюмом бывают? — заорал генерал-губернатор.

Филиппов бегом вернулся в пекарню, схватил решето изюма и всыпал в саечное тесто. А вскоре на сайки с изюмом от покупателей не было отбою.

…Сейчас вроде как доказано, что никакого таракана не было и весь рассказ не более чем вымысел. Зато какой красивый! Не хуже, чем наша история о косоглазом Левше.

Гиляровский с восторгом писал о филипповских калачах: «По зимам шли обозы с его сухарями, калачами и сайками, на соломе испеченными, даже в Сибирь. Их как-то особым способом, горячими, прямо из печи, замораживали, везли за тысячу верст, а уже перед самой едой оттаивали тоже особым способом, в сырых полотенцах, — и ароматные, горячие калачи где-нибудь в Барнауле или Иркутске подавались на стол с пылу с жару».

Иван Максимович любил жить с размахом. Автор «Москвы и москвичей» уверял, что «когда из двора пекарни на Тверской выезжала телега с именинным пирогом, который заказывали ему богатые люди, то приходилось снимать ворота, так как пирог был таких размеров, что не входил в них». Кабинет его был оклеен денежными купюрами — «катеньками». Филипповские лошади были подкованы чистым серебром, по-царски.

Но в мае 1878 года в газете «Московские ведомости» на первой странице появилось объявление: «Татьяна Ивановна Филиппова с детьми с душевным прискорбием извещают о кончине, первая — любезного супруга, а вторые — дражайшего родителя своего Ивана Максимовича Филиппова».

Смерть Филиппова опечалила москвичей. Обозреватель тех же «Московских ведомостей» писал: «Иван Максимович не любил общества, не бывал на балах, вечерах, собраниях. Он не любил шумихи вокруг своего имени и своего производства — рекламировались только его булочные изделия, которые, кстати, и не нуждались в рекламе. О Филиппове практически никто ничего не знал. Известно было только то, что лежало на поверхности.
Известно было, что Филиппов торговал только в Москве и Петербурге. Что у него было шесть булочных — по три в каждой из этих двух русских столиц»
.

Придворная пекарня в Туле
и сбитый двуглавый герб

Сын самого знаменитого российского булочника Дмитрий Иванович, как считает тульский краевед Сергей Рассаднев, открыл у нас свои магазины еще в 1869 г. В них продавались с пылу с жару калачи и бублики, всевозможные торты и пирамиды, конфекты и прочие вкусности. Такие магазины со своей хлебопекарней работали на Посольской и Киевской улицах и продавали почти семьдесят процентов тульского хлеба.

По популярности с Филипповым в городе мог сравниться разве только булочник Колоколин — харизматичный черносотенец, любитель лошадиных бегов и кулачных боев.


Конфекты Филиппова с изображением на обертке Льва Толстого.

В 1908 году в Туле сын Филиппова открыл магазин отделения придворной пекарни — уже под отцовским брендом. Таких магазинов было не так-то и много по России. Известно, что в 1913 году на предприятиях фирмы Филипповых работало 3 051 человек: в Москве — 1 558, в Петербурге — 943, в Царском Селе и Гатчине — 189, в Ростове-на-Дону — 150, в Туле — 97, в Саратове — 114.

При открытии в 1908 году тульскому магазину постарались придать московский лоск — украсили помещение расписным потолком с лепными бордюрами, сохранившимися почти на восемьдесят лет. Умели в те времена строить, что говорить. Престижность магазина подчеркивало и то обстоятельство, что свою рекламу владельцы магазина предпочитали давать не в популярной «Тульской молве», а в респектабельных и близких к местной власти «Тульских губернских ведомостях».

Например, такие: «Пекарня придворного поставщика Филиппова принимает заказы на изготовление к предстоящим праздникам — куличей и пасхи, от 50 коп. до 5 рублей». Или: «Придворная пекарня Филиппова в Туле честь имеет известить тульскую публику, что с 10 числа сего июня ежедневно будут высылаться из Москвы сухие прессованные дрожжи известного венского мастера, высокой доброты господам торговцам будет 10 процентов с рубля скидки…».


Вот так выглядел рекламный жетон филипповской булочной.

Когда в феврале 1917-го на оружейном началась буча, то в качестве доверенного магазина заводское начальство выбрало именно Филипповский, через который предполагало отпускать хлеб рабочим.

Но когда стало известно о событиях в Петрограде и отречении императора, Филипповский магазин был одним из первых учреждений, где сбили российский двуглавый герб с короной, который красовался над входом.

Но это не зачлось. Жить магазину оставалось всего лишь год: в апреле 1918 года он был национализирован.

Вкус горелого хлеба, осада и очереди с ночи

Но и после установления советской власти магазин еще держал свою марку.

«Вот где пестреют все краски новой жизни, это в только что открывшейся булочно-кондитерской бывш. Филиппова, теперь кооперативной. Чего-чего только там нет. Там и в самом магазине и на выставке за вертикальными окнами: сухарики, баранки, печенье, выборгские кренделя, слоенки… А на мостовой стоит целая толпа, заглядывая в витрины. В магазин войти и купить эту толику земных „благ“ может только тот, у кого в кармане легконаживные миллионы, а не трудовые гроши», — негодовал «Коммунар» 15 декабря 1921 года.

В дни осады Тулы бывший Филипповский был единственным работавшим хлебным магазином. Хлеба даже по талонам не хватало, и, чтобы попасть в начало очереди, вставали в три, а то и в два часа ночи, притом что открывался магазин только в девять утра. И проходило еще не менее часа, прежде чем люди из начала очереди попадали внутрь магазина.

Чаще всего занимать очередь поручалось детям, потом уже по возможности подходили и взрослые. Тянулась же очередь на целый квартал — до Колхозной (ныне Каминского).

Этот хлеб с подгорелым привкусом еще долго помнили туляки военного поколения. Его пекли из муки с хомяковского элеватора, который сгорел, но часть зерна из него успели вынести.

«Коммерческий», советский и на заказ

Когда немцев отогнали, стали печь «коммерческий» хлеб — по два рубля за буханку. Несмотря на дороговизну, за ним тоже стояли с ночи.

«Коммерческим», правда, чаще торговал не Филипповский, а «вертячий», как его называли в городе, магазин в Бухоновском переулке. «Вертячий» — потому что в нем были полки, которые крутились. С одной стороны на них клали буханки работники магазина, потом полки разворачивались и были уже под рукой продавцов.


Магазин «Хлеб». Советские годы. Улица Советская, 54-а.

В поздние советские годы собственной хлебопекарней Филипповский, конечно, не обладал, но хлеб сюда успевали довезти горячим. И это было, конечно, особое наслаждение — приобрести буханку черного с пылу с жару — как в старину. Ее невозможно было донести в сохранности до дома.

Наверное, нет туляка, жившего в то время, кто бы не помнил умопомрачительный вкус корочки и с аппетитом обгрызенную буханку черного.

В день Филипповский всегда продавал несколько тонн хлеба.

Какое-то время здесь можно было и оставить заказ на особой вкусности и размера праздничный торт. Но потом это право перешло исключительно к магазину «Нива» на углу Первомайской и проспекта Ленина.

В 1991 году дом, в котором располагался Филипповский магазин, поставили на учет как памятник архитектуры местного значения. В том же году его признали аварийным, но денег на ремонт взять было уже неоткуда. С того момента и начался процесс окончательного заката былой славы поставщика двора его величества.

В 2001 году хлебный магазин закрылся, а его восхитительное историческое помещение, которое называли живым музеем тульского городского быта, варварски поделили на несколько торговых точек. Евроремонт и новые стандарты истребили все остатки прежней истории, и легендарный Филипповский магазин окончательно ушел в прошлое.

Автор: Сергей Гусев, 6 ноября, в 10:39 +44
История Трех штыков: Авторы памятника отказались от женской фигуры
История Трех штыков: Авторы памятника отказались от женской фигуры
50 лет назад молодежь оставила послание тулякам из 2018-го
50 лет назад молодежь оставила послание тулякам из 2018-го