Тайны следствия Ольги Абакуменко

На фото Ольга Абакуменко. Фото Андрея Варенкова

Тайны следствия Ольги Абакуменко

15 января — День Следственного комитета. В профессиональный праздник мы поговорили с опытным следователем с 25-летним стажем трудной работы.

Просторный светлый кабинет, кругом минимализм: два стола, шкаф, пара стульев, кулер с питьевой водой. Нас встречает симпатичная женщина, улыбчивая, позитивная, с юмором, прекрасный собеседник, умеющая к себе расположить. С первого взгляда и не скажешь, что она — полковник юстиции, руководитель 1-го отдела по расследованию особо важных дел тульского следственного комитета, опытнейший следователь, у которого за плечами четверть века сплошных «тайн следствия»! Знакомьтесь, Ольга Абакуменко.

от первого лица

Я руковожу серьёзным отделом в следственном комитете, мы расследуем самые резонансные дела, сложные и запутанные. В основном, это преступления против личности: убийства, изнасилования. Такие как недавнее убийство семьи на Косой горе, дело Иванченко 2011 года — тогда в Пролетарском районе тоже была убита целая семья; убийство семьи в Алексине (декабрь 2015 года). Расследование таких дел — работа очень скрупулёзная. Чтобы суд мог принять верное решение, приходится собирать доказательства буквально по крупицам.

Следствие по таким преступлениям длится очень долго: в одну серию криминального кино не впишешь! И хотя основную массу свидетелей допрашивают в первые две недели после происшествия, остаются ещё экспертизы — долгое дело. По делу Иванченко разных экспертиз было проведено более 40, а по убийству на Косой горе уже провели около полусотни экспертиз, а ещё 14 в производстве. Следствие ещё идёт. В деле приходится выверять каждую запятую.

Работать с убийцами крайне сложно. В первые дни они часто во всём признаются, а потом, посидев в сизо и «понюхав» камеру, начинают изворачиваться, менять показания. Хотят выйти на свободу любой ценой.

Вспоминаю дело Иванченко. Когда его задержали, он сам начал рассказывать всё. Не мог находиться в камере — ему снились убитые им женщины и дети, он кричал, не мог спать. За ним даже круглосуточное наблюдение установили, чтобы ничего с собой не сделал. А потом на суде стал уверять, что ни при чём, и никаких убийств не совершал. Суд окончен, его давно признали виновным. Но он до сих пор из камеры пишет заявления и жалобы. Решение суда не оспаривает, просто пишет, разнообразит свою жизнь в колонии.

С такими работать — врагу не пожелаешь. Особенно с теми, кто совершил много убийств. С ними тяжело морально. Они уже понимают, что к людям, к нормальной жизни скорее всего, никогда не вернутся, и ведут себя просто ужасно. Могут на допросе на стол плюнуть, начать прыгать во время следственных действий. У меня много лет назад был обвиняемый, член банды, совершившей в 90-х убийство в Доме офицеров. Так он всё время мне говорил, что ему снилось, как на меня упала сосулька, или ещё что-то случилось со мной. Другому следователю наговаривал, что видел сон, в котором тот сломал ногу. Неприятно это всё.

Главное не поддаваться на такие провокации и не мстить. Как только ты нагрубишь обвиняемому, он сразу начнёт это использовать против тебя.

И ты автоматически встанешь с ним в один ряд. Здесь следователю очень нужно терпение.

Сейчас молодёжь, конечно, очень интересуют деньги. А когда я пришла работать следователем, я даже и не спрашивала, какая у меня будет зарплата! Был интересен сам процесс. Поэтому тем, кто приходят к нам только за деньгами, я говорю сразу: будешь брать взятки — посадят, не проскочишь!

У следователя должно быть обострённое чувство справедливости. На этой должности нельзя быть мягкотелым. Я у новых сотрудников это сразу «вижу»: будет из него толк или нет.

Главное — не отчаиваться. Неудачи в нашей работе случаются постоянно. То свидетель не пришёл, то обвиняемый от дачи показаний отказался, то улика оказалась бесполезной. Отчаяться можно каждый день. Главное — не впадать в панику.

Без юмора в нашей работе, кстати, тоже никуда. Когда ты каждый день видишь боль и страдание людей, можно сойти с ума.

Нужно уметь отвлекаться и не вязнуть в негативе. Вот у нас следователи любят друг друга разыграть или поддержать всякими необидными «приколами». Однажды наш сотрудник расследовал одно сложное дело. Очень долго с ним копался, никак не мог найти доказательства. А когда расследование, наконец, закончилось, дело передали в суд, коллеги из отдела наградили следователя картонной медалью «За взятие преступника».

На Новый год у нас в управлении всегда ёлку наряжают. Так вот за поясом у Деда Мороза легко может оказаться Уголовный кодекс.

Ребята у нас работают очень весёлые, и всегда друг за друга горой. Могут остаться на работе допоздна, чтобы коллеге помочь. Следователи вообще часто по ночам работают: за день всё успеть невозможно.

Бывает так, что человек совершает преступление, сам того не желая. Такие люди раскаиваются, всё признают. И их становится жалко, просто по-человечески. Это же трагедия! Конечно, такой человек отбудет наказание и будет жить дальше, но как — другой вопрос. Судьба сломана. Особенно это касается подростков. Недавно одного парня приговорили к четырём годам лишения свободы — вместе с товарищами избил на улице узбека. О чём он думал в тот момент? Зачем сделал это? Он и сам объяснить не может. Семья у парня приличная, родители хорошие…

Или ДТП со смертельным исходом. В такую ситуацию может попасть любой автолюбитель. И он вполне может быть прекрасным человеком, который, по больше части, стал жертвой обстоятельств. Но к ответственности его привлечь всё равно придётся, плох он или хорош, по всей строгости закона.

У нас работа такая, так что сочувствию в ней места не должно быть.

Конечно, бывает, что с обвиняемыми складываются во время следствия нормальные отношения. Не с матёрыми убийцами, конечно. Вот Прокопук разве плохой человек? Нет. С ним можно побеседовать о чём-то отвлечённом, поговорить по-человечески. Но он совершил преступление, и должен понести за это наказание. Так что беседы со следователем обвиняемому, конечно, не помогут. Недавно мне пришлось общаться с обвиняемым, которому я сказала «Вам просто нужно всё это пережить».

Недавно закончился суд над нашим земляком Николаем Ракосием, совершившим в Америке убийство двух человек. На поездку в США для расследования дела нам дали всего три дня. Технически это оказалось очень сложно! Нам нужно было осмотреть место преступления, допросить свидетелей. Но у них там всё по-другому! Например, из подъезда, в котором были совершены убийства, есть два выхода. Американские детективы установили: подозреваемого видели в лифте. И им этого достаточно, они уже уверены, что преступление совершил именно он. Американцы долго не могли понять наших следователей, зачем нужно было осматривать ещё и второй выход из дома?

По этому делу работал наш следователь Андрей Титов. С подозреваемым Николаем Ракосием ему пришлось нелегко. Тот собирался на свободу любой ценой. Человеком он был подготовленным, служил в Египте во времена холодной войны. Понимал, как нужно себя вести, чтобы «подгадить» следователю. Во время допросов или других следственных действий бился головой о стену, вызывал кровотечения из носа, набивал себе шишки, потом жаловался.

Но всё же, суд вынес приговор — 19 лет заключения. В одном из американских СМИ написали: «Да, американцы и русские способны успешно работать вместе, чтобы противостоять истинному злу».

В первые дни после преступления очень проникаешься всеми негативными событиями. Да и потом, спустя время, отойти от этого до конца невозможно. Стараюсь переключаться, но если вдруг ночью вспомнил про работу, то всё, не уснёшь.

Бывает, что снятся убийцы или потерпевшие. Расскажешь утром коллегам, а они смеются — оказывается, им тоже снились.

Раньше я вообще не могла избавиться от навязчивых мыслей о деле. Но потом поняла: нужно учиться переключаться и уходить от этого. Например, в спорт. Ведь это совсем другая жизнь! Прекрасная, позитивная, азартная! Я люблю ходить на каток, раньше часто каталась на лыжах. Хотелось бы путешествовать, но времени катастрофически не хватает. Поэтому стараемся с сыном выбираться хотя бы на спортивные события — на соревнования по хоккею, футболу, лёгкой атлетике. Я азартный болельщик. Слежу за спортивной жизнью и по телевизору. И, кстати, всегда смотрю новости, стараюсь быть в курсе событий в стране и мире. Сын всегда ругается, что наши с мужем новости ему надоели, и называет их «адскими». А я советую относиться к ним философски.

Когда-то давно я начинала смотреть сериал «Тайны следствия» с Анной Ковальчук в главной роли. Первые серии были очень правдоподобны! Там звучало всё из нашей работы. Мы даже с коллегами предположили, что сценарий писал следователь. Так и оказалось на самом деле.

А вообще, я такие сериалы почти не смотрю.

Один раз в отпуске увидела серию «Глухаря». И была в ужасе! Там показывают такое! Они же без конца берут взятки, что-то обещают обвиняемым. Хочу верить, что этого в жизни нет.

Я не говорю, что у нас в работе всё идеально, и «плохие следователи и полицейские» - это выдумки киношников. Нет, бывают вещи и пострашнее кино. Некоторое время назад в Щёкино завели уголовное дело на оперативников. Они до смерти забили невиновного парня, заставляя его признаться в убийстве. То, что они с ним сделали, было действительно страшно: они «распяли» в камере на решётке. Во время вскрытия, на котором кстати, присутствовал прокурор, увидели, что у жертвы были все суставы буквально вывернуты… Такого зверства я не видела никогда! Было расследование и суд. Опера получили большие сроки.

На убийство семьи в Алексине мы выехали поздно вечером 30 декабря, и весь следующий день, канун Нового года, провели за работой. А 1 января в 10.00 мы уже снова были в строю. Наверное, к такому члену семьи сложно привыкнуть (смеётся).

Наш следователь Андрей Титов говорит: «А как ты с этим будешь спать?». И я с ним согласна: как можно спать, когда ты знаешь, что не сделал всё, что мог?!

Мой муж тоже всю жизнь проработал следователем. И тоже иногда собирается за пять минут и уходит, а я даже не успеваю ничего спросить.

Иногда я могу не прийти ночевать. Конечно, никаких глупых мыслей у нас в семье не возникает. Мы слишком давно работаем, и давно вместе: понимаем, что в нашей работе без этого никак. Сын, правда, очень расстраивается, когда нас долго нет дома. Но как недавно сказал один мой знакомый: «Пока вы работаете, мы спокойно спим». И правда, если следственный комитет расслабится, преступники сразу оживятся! А это самое страшное.

Досье

Ольга Юрьевна Абакуменко - полковник юстиции, руководитель первого отдела по расследованию особо важных дел (о преступлениях против личности и общественной безопасности).

Родилась в городе Туле 6 сентября 1964 года.

В 1991 году окончила Московский юридический институт по специальности «правоведение».

Работала секретарём судебного заседания Зареченского районного суда. Проходила службу в органах прокуратуры в должностях следователя, старшего следователя, заместителя руководителя отдела по расследованию особо важных дел. 15.10.2009 года назначена на должность руководителя отдела по расследованию особо важных дел следственного управления при прокуратуре Российской Федерации по Тульской области.

С 15.01.2011 года — руководитель первого отдела по расследованию особо важных дел (о преступлениях против личности и общественной безопасности) следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Тульской области.

Награждена медалями «За безупречную службу» I, II, III степеней, памятной медалью Следственного комитета Российской Федерации «300 лет первой следственной канцелярии».

Автор: Оксана Грудинина, 20 января 2016, в 11:54 +7
Другие статьи по темам
Место
Волшебная зима в Туле
Волшебная зима в Туле
Топ-10 от «Чемодан»: иностранные языки, функциональный тренинг и много суши
Топ-10 от «Чемодан»: иностранные языки, функциональный тренинг и много суши