Как пень стал креслом, а береза… – женщиной!

Как пень стал креслом, а береза… – женщиной!

«Слобода» напросилась в гости к алексинскому художнику Евгению Бутузову.

«Слобода» напросилась в гости к алексинскому художнику Евгению Бутузову.


Этот дубовый пень Евгений Бутузов еле довез домой на санях еще 7 лет назад. И только недавно оформил в необычное кресло.

Елена Лебедева.
Фото Сергея Киреева.

Творческая натура

Дом мастера по дереву Евгения Бутузова видно издалека: мозаика на фасаде, кованые украшения, причудливые витражи и деревянные статуэтки...

...Евгений Бутузов родился в 1940 году на Сахалине. Это была другая страна. Военное время.

– Помню себя двухлетним. Отец уходил на войну, долго прощался, а потом оставил мне шоколадку. Наверное, это была самая вкусная шоколадка за всю мою жизнь!

Родом из детства у Евгения Георгиевича любовь к морю, к закатам, к особой сахалинской красоте. Наверное, тогда и зародился в нем творческий взгляд на мир.

Мать Евгения преподавала русский язык, отец – географию. С ребенка из учительской семьи всегда особый спрос – наверное, поэтому и по сей день он помогает внучке с уроками – грамотность от мамы и знания от отца никуда не делись!

Свои же первые «уроки» рисования Евгений получил от отца своего школьного товарища.

– Меня, второ­классника, тогда просто поразили картины, которые я увидел в доме друга. Они были волшебными: Иван-царевич, ковер-самолет… Краски, кисти, особый запах мастерской – все это было для меня в диковинку.

Время учиться

– После школы я пять лет про­учился в художественном училище Биробиджана. Это были веселые молодые годы! Летом, как импрессионисты, мы выезжали на пленэр, писали природу, купались в чистейшем Байкале. Запомнился забавный эпизод – возле нас все время крутился козел с козочками, и, видимо, чем-то наша студенческая компания ему не приглянулась. Козлик дождался момента, когда мы ушли купаться, и скинул с обрыва этюдники. Все эскизы были утрачены. А он смотрел на нас сверху и, кажется, был очень доволен своей проделкой!

– По распределению я попал в Алексин, – продолжает Евгений Бутузов, – работал на заводе художником-оформителем. Потом по квоте поступил в Московский театральный институт, там серьезно освоил оформительское дело, научился мозаичному искусству.

– В те времена мозаикой украшали остановки, здания, фонтаны. Вот на одном из мозаичных объектов в Адлере я почти два года работал под началом прораба… Зураба Церетели. Тогда он еще не был мэтром, но талант в нем чувствовался с молодости!

Деревянные «игрушки»

Именно там, в Адлере, я познакомился с одним мастером резьбы по дереву.

Меня так привлекло это занятие, что и по сей день я ищу в лесах красивые пни, березы с капом, необычные дубы. Как-то с женой на санках мы привезли больше ста килограммов капа! Прежде чем я возьмусь за обработку, кап в течение года, а то и двух, должен просушиться в прохладном месте. Сейчас у меня дома ждут своей очереди несколько заготовок! Только после основательной просушки я берусь за дело. Бывает, что идея лежит на поверхности – ну похож кап на человеческое лицо или звериную морду – и все тут! А бывает, что вдохновения нет. И тогда проходит много времени, прежде чем «березовая голова» оформится в скульптуру!

Очень много материалов для скульптур я привез из сочинской Хосты. Из деревьев, которым более двух тысяч лет, очень ответственно делать скульптуры, они обладают каким-то тайным, особым магнетизмом.

В работе я использую специальные резцы, бывает, они ломаются – настолько твердый материал кап, почти как камень. Потом обрабатываю морилкой, покрываю лаком. Вот и весь процесс!

Работы Евгения Георгиевича есть в Алексинском музее, в котором он работал реставратором, подарены многим знакомым и незнакомым людям и сейчас «живут» в разных уголках России.

 – Расставаться со своими скульп­турами мне очень непросто, я их как от души отрываю, – с грустной улыбкой сетует Евгений Георгиевич. – Дерево – это нечто особое. Деревянная скульптура в доме – словно живая, она наполнена сильной энергетикой. Потрогаешь, подержишь в руках такую вещь, и уходят негативные эмоции, чувствуешь, как получаешь положительный заряд!

На заметку

Кап – славянское слово, «голова». В Вологде назывался «наплывь», на западе России «выплавки».

Кап на дереве отдаленно напоминает человеческую голову. В каждой каповой выплавке – свой рисунок. Кап не коробится, не трескается, не ссыхается, не разбухает. Он очень прочен, из него раньше даже молотки делали!

Чаще всего кап находят на березах, но он бывает и на дубе, и на ольхе, и на осине.

Это вам не Буратино!


«Воительница».

Эта композиция сделана из реликтовых деревьев тисо-самшитовой рощи, которым более двух тысяч лет!


«Древо жизни».

Эта скульптура Евгению Бутузову дороже всех. Здесь не пришлось почти ничего менять – мастер лишь немного подшлифовал то, что создала сама природа. Тут и рождение, и смерть, и жар-птица... Необычная вещь, даже в готовом виде оставляет возможность для фантазии.


Скульптура из березового капа.

То ли Фаина Раневская, то ли Екатерина II... Но явно человек непростой!


Изящный дракон.

Сделан дочерью Евгения Георгиевича Ларисой, которая унаследовала от отца талант.


Дорогие читатели!

У вас есть необычное хобби? Звоните по телефону 23-55-99

корреспонденту
Елене Лебедевой.

7 марта 2012, в 11:00
Другие статьи по темам

Главные тульские новости за день от Myslo.ru

Мы будем присылать вам на почту самые просматриваемые новости за день