Полина Сорокина — девушка, которую не сломили жизненные трудности. За ее жизнью наблюдает около 700 человек в телеграм-канале. Она успешно прошла курс лечения и сейчас находится в ремиссии.
Лимфома Ходжкина
— Полина, как вы узнали о том, что у вас лимфома Ходжкина? Что вы чувствовали?
— На протяжении долгого времени у меня был сильный неутихающий зуд, который нельзя было купировать никакими антигистаминными таблетками. Каждый день я раздирала себе кожу, в основном ноги, до крови, до болячек, потому что не могла терпеть. Были увеличены лимфоузлы: в средостении находилась самая массивная опухоль, а более мелкие — в зоне шеи и ключиц.
Где-то за месяц до начала лечения температура держалась 38-38,5 градуса. Снизить ее можно было только на пару часов. Еще я бы выделила сильное потоотделение, особенно ночное. У меня взяли кусочек лимфоузла и уже по результатам исследования выявили лимфому Ходжкина.
Чувствовала я разное, но сильной паники не было. Я просто захотела разобраться, что мне будут делать и что меня ждёт. Всячески настраивала себя на положительный лад: читала пациентские чаты и клинические рекомендации.
— Не было ли какого-то кризиса, связанного с появлением в вашей жизни заболевания?
— Фоновые страхи, тревожные мысли, но не очень депрессивные, а вот как такового кризиса не было.
Полина считает, что ее состояние облегчило уже имеющееся хроническое заболевание — истинная полицитемия (редкое хроническое заболевание крови, при котором костный мозг чрезмерно производит эритроциты, лейкоциты и тромбоциты, вызывая сгущение крови, сильный зуд, покраснение кожи, головные боли, слабость, одышку, а главный риск — тромбозы, приводящие к инсультам, инфарктам и другим опасным для жизни состояниям. — Прим. ред.). Его пару лет назад девушка переживала хуже. Тогда она «переосмыслила многое и как-то возмужала», поэтому новое жизненное испытание не так сильно ее «растоптало».
— Какие самые неприятные побочные эффекты были у лечения? Удалось ли от них избавиться?
— Из самого неприятного, наверное, тошнота, рвота и сильная слабость, когда просто лежишь и физически не можешь встать. Даже дойти до туалета уже мегаиспытание. Сейчас это прошло, потому что «химии» нет. Из того, что осталось, я бы отметила проблемы со слизистыми. С этим борюсь до сих пор.
— Тяжело ли было расстаться с волосами на какое-то время?
— Слава богу, я не вошла в тот процент людей, кто ну очень переживал за волосы. Настолько, что это было первым страхом в лечении. Для меня это просто интересный опыт, местами смешной, а где-то даже красивый. В целом мне все в себе нравилось. Я это расценивала и как некое обновление: то есть старое уходит, новое приходит. Как-то так.
— С какими недопониманиями и мифами, связанными с болезнью, вам приходилось сталкиваться?
— Очень часто люди реагировали на то, что все это происходит в молодом возрасте. Даже когда я лежала в палате, где были пожилые женщины, они испытывали ко мне сочувствие. Хотя я считала, что мы наравне и нет разницы вообще, в каком возрасте это произошло. Жалко и взрослого человека, и молодого. Да и если брать статистику по поводу лимфомы Ходжкина, то это, в частности, болезнь как раз-таки молодых.
Полина рассказывает, что из-за злокачественного образования у нее не появились каких-то особенных ритуалов или привычек. Но теперь каждые три месяца она проходит обследования, чтобы проверить состояние своей ремиссии, ведь первый год после лечения самый уязвимый.
— Чувствуете ли вы себя скованной болезнью?
— Нет, это просто стало частью моей жизни. И я бы не сказала, что оно сильно тяготит. Это важно для меня, поэтому я ответственно подхожу к себе.
— Что помогало и помогает вам справляться с трудностями? Подписчики оказывают какую-то поддержку?
— В первую очередь скажу, что кроме меня самой никто не сможет меня до конца успокоить. Сначала я погружаюсь в себя и что-то переосмысливаю, пытаюсь найти положительные моменты и такую же перспективу. Помимо этого, отрабатываю в голове и возможные плохие сценарии, ищу из них выходы. Конечно, все подкрепляется поддержкой семьи: мамы, папы и бабушек.
Подписчики тоже очень многое привнесли в мою жизнь. Они поддерживали и во время лечения, и даже сейчас, когда, казалось бы, уже все нормально. Но еще остаются такие… «переживательные» моменты, которыми я делюсь, и в ответ получаю очень тёплые слова.
— Как поменялось ваше восприятие своего диагноза со временем?
— Я просто приняла его и поняла, что это будет частью меня. При постановке диагноза я себя ограничивала, думала: «Нет, это не может быть про меня, это не может быть обо мне, это не может быть частью моей жизни». Но со временем все поменялось.
Сейчас, после химиотерапии и лучевой терапии здоровье Полины неидеально. Есть ряд побочек, которые можно корректировать правильным образом жизни. Сама она оценивает состояние своего здоровья как нормальное, даже близкое к хорошему.
«Для меня это было как отдушина»
В Телеграме канал Полины Сорокиной называется «Полич. Место обо мне. Ремиссия лимфомы Ходжкина. Сюжет двух онкологий».
— Какая изначально цель у вашего блога? Изменилась ли она со временем?
— Как таковой цели не было. Я рассказывала, что со мной происходит, как это воспринимаю, мысли, различные истории. Мне было легче от этого. И дальше особо ничего не изменилось: я также рассказываю о своём пути, о моментах из обыденной жизни, только уже в ремиссии.
Неотъемлемой частью блога стали находящиеся в нем люди, переживающие онкологию. Некоторые одновременно со мной все это проходили, и мы делились своими переживаниями, разными знаниями и просто помогали друг другу. И сейчас я тоже могу ответить на какие-то вопросы, которые мне задают в комментариях или даже напишут лично.
— Нашли ли вы среди подписчиков настоящих друзей или знакомых?
— Да, появились хорошие знакомые, которым я могу написать и которые могут написать мне в ответ. Еще нашла замечательную подругу, наше общение длится уже год. Мы вместе, считай, проходили путь лечения, только у неё другой диагноз, и мы обе сейчас в ремиссии.
«Как бы банально ни звучало, меня радует жизнь, моя семья и то, чем я занимаюсь»
Под конец лечения девушка оканчивала магистратуру, по образованию она социолог. Но ни моральных, ни физических сил работать по своей специальности у нее не было. Полину всегда привлекало творчество, но она не знала, где себя реализовать. Потом наткнулась на курс ретуши и прошла его. Далее уже просто искала видеоуроки, смотрела и собирала портфолио — так открылась новая, творческая страница в ее жизни.
— Что бы вы сейчас сказали людям, переживающим похожий опыт?
— Попытайтесь не воспринимать этот период жизни как конечный. Да, в моменте это так кажется… Что как раньше не будет или вообще ничего не будет, но нет. Многое восстанавливается, люди живут как и до болезни. Многие даже красочнее и лучше, как бы странно это ни звучало, но это факт!
Автор текста — Дарья Ромашкина, студентка направления «медиакоммуникации» ТГПУ им. Л. Н. Толстого.
Фото из архива героини материала.
