Первая мировая: шпиономания

1915 г. Расстрел германского шпиона.

Первая мировая: шпиономания

Продолжаем серию публикаций Myslo о туляках в Первой мировой войне.

Ещё 5 июля 1912 года в Российской империи был принят закон о шпионстве, под которым понималось способствование иностранному государству по сбору сведений или предметов, касающихся внешней безопасности России, её вооруженных сил или сооружений, предназначенных для защиты страны. Однако настоящая шпиономания разразилась только после начала войны.

Часы и мельницы на службе у врага

Правда, шпиономания охватила не только Россию, но и все страны – участницы войны. В Германии любые сообщения о шпионах в прессе запрещались, но это не мешало по всей стране бродить слухам о русских, английских и французских шпионах, которые разъезжают по стране, выведывая секреты, распространяя тиф и расплачиваясь за нужные сведения из автомобилей, набитых золотом.

Впрочем, фантазия военных, пытавшихся вычислить пятую колонну, была поистине буйной. Так, британцам после оккупирования Фландрии вдруг почудилось, что местные крестьяне могут передавать сведения врагу, распахивая особым образом поля. После чего подняли авиацию, чтобы произвести аэрофотосъёмку полей, а снимки были переданы на расшифровку в штабы. Во Фландрии же в число неблагонадёжных попали ветряные мельницы. Якобы её крыльями посредством азбуки Морзе тоже можно отправлять шифровки в центр.


Казаки захватили в плен немецких шпионов на крыше польской фермы.

Оказались под подозрением и городские часы на башне ратуши, которые показывали неправильное время. Неспроста, – решили бдительные военные. Значит, переводом стрелок кто-то сигнализирует о перемещении войск. В доказательство этой версии были арестованы местный часовщик и смотритель ратуши. Пленникам на выручку пришли сами немцы, расстрелявшие из пушки и ратушу, и часы на ней. Подозреваемых пришлось отпустить ввиду отсут­ствия улик преступления.  

Конечно же, не отставали от своих союзников и в России. Так, 3 сентября 1914 года «Тульская молва» сообщила об аресте в Петрограде химика американской мануфактуры «Треугольник», германского подданного Келлера. При этом все найденные у него на квартире медикаменты и разные химические препараты были конфискованы полицией. 

«Аресту Келлера полиция придаёт важное значение. При обыске у него на квартире найдена обширная переписка, которая проливает некоторый свет на недавние массовые отравления на фабриках и связанное с этим отравлением волнение среди рабочих разных предприятий. При обыске в квартире Келлера найден состав, который давал такой же эффект, как и тот, который был обнаружен рабочими фабрик резиновой мануфактуры».

Под раздачу попала и столица в целом. С началом Первой мировой названный на немецкий манер Санкт-Петербург был переименован в Петроград. 


Сразу после того, как фотограф сделал снимок президента Соединённых Штатов Вудро Вильсона, из-под «камня»  из папье-маше вылез солдат. Снимок был запрещён к печати по той причине, что он мог выдать врагу новый метод маскировки.

Были Венские, стали Славянские

«В одну из колбасных зашёл покупатель и потребовал фунт венских сосисок, – рассказывает та же «Тульская молва».

– Венских не держим, – несколько обидчиво ответил приказчик.

– А это какие, разве не венские? – удивился покупатель.

– Это славянские, – не моргнув глазом ответил продавец».

Та же газета рассказала, что в одной из столовых Саратова вывешено объявление: «Запрещается в клубе разговаривать по-немецки».  А на вопрос корреспондента, чем вызвано такое запрещение, дежурный старшина ответил:

– Каждому противно всё, что связано с немцами, нам неприятно режет ухо немецкая речь, и, естественно, в стенах нашего клуба мы не желаем слушать её. Прекрасно говорят по-русски, так нет, давай говорить по-немецки среди русских в общественном месте. 

Если у самих не хватило такта, чтобы в такое время не кичиться немецким происхождением, то пришлось прибегнуть к запрещению. Хочешь быть в русском обществе – говори по-русски, не хочешь – не ходи. 

Между тем немецкого в повседневной жизни действительно хватало. По всей России дымили десятки миллионов керосинок «Гретц», коптили лампы «Чудо», рубили мясо немецкие мясорубки… На любой фабрике стояли машины с клеймом «Берлин», «Вюрцбург» и т. д.

В целях борьбы с вражеским влиянием появился циркуляр министерства финансов, категорически запрещавший выдавать промысловые свидетельства подданным Германии, Австрии, Венг­рии, Турции. А осенью 1914 года родился законопроект о ликвидации немецкого земледелия в России. После чего администрациями губерний, в том числе и Тульской, начали собираться сведения о числе и количестве недвижимого имущества, принадлежащего немцам и другим иностранным подданным воюющих с Россией держав. 

В Туле одним из первых арестовали в своей квартире германского подданного, владельца пивоваренного завода «Богемия»

З. Я. Гейдзона. Арест туманно объясняли некими «серьёзными причинами». Ещё одного немца, но русского подданного, которого в газетах загадочно именовали М., задержали за то, что он, «состоя во главе промышленного предприятия, имел наглость вести среди рабочих пропаганду, клонящуюся к прославлению Германии и против войны с нею».

Известного тульского самоварщика Рудольфа Тейле арестовали на Нижегородской ярмарке как германского подданного. И, уже пребывая в тюрьме, он возбудил ходатайство о принятии его в русское подданство. Причём из всей семьи к этому моменту он один до этого числился германским подданным, в то время как его братья и родственники уже получили русское гражданство. Справедливости ради надо сказать, что семья предприимчивого немца Рейн­гольда Тейле, приехавшего в Тулу ещё в 40-х годах XIX века, давно обрусела. В 1900 году основателю династии было пожаловано потомственное почётное гражданство. А в 1914 году двое его братьев, Адольф и Фридрих, были призваны офицерами в действующую армию.

За арестованного сына хлопотала мать, которая писала в письме на имя тульского губернатора: «…Принимая во внимание, что мой сын … никакого отношения к Германской империи не имеет, что лишение его свободы губительно отразится на делах самоварной фабрики … я покорнейше прошу Ваше превосходительство удовлетворить заявленное моим сыном, Рудольфом Рейнгольдовичем Тейле, ходатайство о выдаче ему свидетельства на право жительства в России, чем и оградить его от задержания как военнопленного».

В середине сентября из Петербурга был получен ответ, что Р. Р. Тейле принят в русское подданство. Также получили русское подданство фабрикант гармонных принадлежностей, бывший авст­рийский подданный, чех Николай Иванович Паперный, домовладелец и фабрикант чех Иосиф Антонович Россипал.


Набор гранат на испытаниях – и уже использовавшиеся в бою, и новые секретные разработки.

Подвиг пристава Заварзина 

В связи с гонениями на немцев случались самые разные казусы.

Так, перед самой войной один немецкоподданный, купивший когда-то в Ефремовском уезде Павлов хутор в 976 десятин у князя П. Д. Львова, решил избавиться от своего поместья. Нашлись девять украинцев, которые временно арендовали землю, чтобы при покупке арендная плата вошла в покупную. Новые хозяева уже успели даже построиться на своей почти земле, как вдруг разразилась война. Трое покупателей ушли воевать, и одного из них даже успели убить на фронте. 

Но купчая была приостановлена. А тем временем немец исчез из Ефремовского уезда неизвестно куда, дав брату полную доверенность. А тот объявил украинцам, чтобы те убирались с земли. Мало того, он уже отдал эту землю в новую аренду. 

«Положение «хохлов» печальное, – иронизировали газеты. – Они обратились с защитой к адвокату. Теперь выгонят с земли, которую считали своей». 

А в конце августа того же 1914 года в Новосильском уезде арестовали аж 58 австрийских подданных. Произошло это следующим образом.

Пристав первого стана Новосильского уезда Д. В. Заварзин около с. Сетухи заметил следовавшие в неизвестном направлении фургоны. Заподозрив недоброе, Заварзин бросился наперерез и потребовал остановиться. Из фургонов высыпали какие-то темнокожие личности, начавшие уверять пристава на страшно ломаном языке, что они «булгары» – то есть русские подданные. Но предъявлять паспорта булгары категорически отказались. И только после настойчивых требований пристава они были вынуждены подчиниться. 

Тут-то и выяснилось, что смуглолицые булгары – мало того что цыгане, так еще и австрийские подданные, то есть потенциальные шпионы. Откуда и куда они едут и как давно в пути, объяснить толком не сумели. 

И тогда героический пристав повернул 13 повозок, 36 лошадей и 53 потенциальных австрийских шпионов назад. Развернуть и заставить подчиниться вольный цыганский табор – это, конечно, во все времена можно считать героическим поступком. Из стана, помещавшегося на ст. Благодатной, 53 австрийца были отправлены под усиленным конвоем в Новосиль.

Кстати

По данным Тульской учёной археологической комиссии, засилье немцев в Туле было велико во все времена. Например, жители Каширы на своеволие немцев вынуждены были жаловаться ещё царю Михаилу Фёдоровичу. А в 1636 году в 12 городах тульского края насчитывался всего 3801 житель. Самым большим поселением была Тула – 1423 человека, самым маленьким Алексин – 81 человек. Но и в то время в тульском крае было уже 29 немцев с семьями. К 1914 году число нем­цев, живущих в Тульской губернии, конечно же, значительно увеличилось.

Автор: Сергей Гусев, 25 сентября 2014, в 12:18 +2
Другие статьи по темам
Наесться на рубль: быль времён СССР. Часть II
Наесться на рубль: быль времён СССР. Часть II
Тульское оружие на все времена
Тульское оружие на все времена