Иногда путь к вере начинается не с громкого чуда, а с тихого, но настойчивого вопроса: «В чём мой стержень?» Протоиерей Виктор Рябовол принял крещение в 33 года — в возрасте, который многие называют временем внутренних переломов. В этом разговоре он честно и открыто говорит о поиске смысла, о музыке как языке души, о служении людям с зависимостями и о том, что на самом деле несёт человеку Рождество.

— Отец Виктор, расскажите, пожалуйста, о ваших первых духовных исканиях. Что означал для вас поиск смысла жизни до крещения?

— Искания были всегда. Человек может называть себя кем угодно — инженером, музыкантом, специалистом, — но рано или поздно он задаётся вопросом: «На чём держится моя жизнь?» Многие говорят о личности, о границах, но редко понимают, что именно удерживает человека изнутри.

Со временем я понял: стержень человека — это его вера. Вокруг неё выстраивается всё: жизнь, семья, отношения, выборы. Меня всегда интересовал мир, его красота, устройство, сама жизнь. Невозможно поверить, что всё это возникло случайно. Из хаоса не рождается гармония. Значит, есть тот, кто всё соединяет и оживляет.

— Что стало поворотным моментом, когда вы решили прийти к вере?

— Был разговор с одним пожилым человеком, изобретателем. Он неожиданно спросил меня: «А в чём твой стержень?» Тогда я обиделся, а потом понял, насколько это был точный вопрос. Другой человек сказал мне фразу, которая буквально легла на сердце: «Если хочешь познать Бога-творца — иди ко Христу. Это единственная дверь». Я ещё не был крещён, но именно тогда начал искать, ходить на службы, узнавать. Было и трудно, и радостно одновременно — мне было уже около тридцати лет.

— Вы приняли крещение в 33 года. Что вы чувствовали в тот момент?

— Я почувствовал, что это именно то, что мне необходимо. Когда начинаешь молиться, даже если тяжело, постепенно уходит внутренняя грязь, появляется сила. Я сейчас часто говорю людям: «Потерпи и помолись — силы придут». И они действительно приходят. Не нужно убегать от трудного состояния — и тогда открывается «второе дыхание».

— Как изменилась ваша жизнь после крещения?

— Когда крестишься уже во взрослом возрасте, ты ясно видишь разницу, что было до и что стало после. Появился смысл и направление.
Мы с матушкой сразу обвенчались, я стал петь на клиросе, преподавать в воскресной школе, узнавать историю церкви, заниматься миссионерством. Со временем я стал глубоко изучать религиозные заблуждения, секты, оккультные практики — не из любопытства, а чтобы уметь отличать подлинную духовную жизнь от её подмен. Вера дала уклад жизни и научила главному — общению с людьми: умению слушать, понимать, не спорить ради спора.

— В молодости вы возглавляли клуб самодеятельной песни. Как музыка влияла на ваше мировоззрение?

— Музыка открывает сердце. Талант даётся неслучайно — через него раскрывается душа. Через музыку человек учится говорить, чувствовать, выражать себя. Я всегда считал, что если человеку тяжело, пусть поёт. Это помогает. Я и сам писал стихи, вёл записи. Но с верой я стал яснее видеть свои недостатки. Совесть стала работать глубже. Я понял, что без покаяния и внутреннего изменения настоящего исцеления не бывает.

— Когда музыка стала для вас чем-то большим, чем просто увлечением?

— Когда я соприкоснулся с духовной музыкой и церковным пением.
Гимн — это форма молитвы. Когда человек славит Бога, он сам внутренне меняется. Это не просто звук — это участие в общей симфонии жизни, где соединяются человек, церковь и весь мир.

— Может ли творчество быть мостом между человеком и Богом?

— Само по себе — нет. Творчество может истощать, если человек живёт только за счёт душевных сил. Отсюда и выгорание. Настоящую силу дают три вещи: молитва, добрые дела ради Христа и благодарность за красоту мира.

Доброделание — лучшее лекарство от внутренней пустоты и депрессии.

— Бывали ли конфликты между творчеством и духовной жизнью?

— Конечно. Мы все эмоциональны. Я понял одно: никогда не нужно спешить, когда переполняют чувства. Нужна пауза, молитва. Тогда эмоции укладываются, и решения становятся верными. Многие песни, которые я пел раньше, перестал исполнять — почувствовал, что они разрушают. Некоторые тексты переосмыслил, поменял слова.

— Почему для вас важно служение людям, страдающим зависимостями?

— Потому что, по сути, мы все в чём-то зависимы. Просто у кого-то эта зависимость уже разрушает тело, душу и семью.

Помощь здесь невозможна без честного взгляда на жизнь: здоровье, отношения, ответственность, духовное состояние. Если человек не борется со своей страстью, начинается деградация — эмоциональная, духовная, человеческая. Особое место занимает молитва матери и близких.

Молитва матери достаёт со дна. Но она требует тишины: без гнева, без осуждения и без болтовни.

— Насколько вера помогает преодолевать не только физические, но и душевные зависимости?

— Вера — это стержень. С духовным миром можно общаться только через веру. Но есть закон подобия: если человек молится, а сам не прощает и живёт в гневе, его молитва не имеет силы. Чтобы Бог слышал, в сердце должна быть любовь, милосердие и прощение.

— Порой прощение даётся тяжело…

— Да, это труд. Но злопамятство разрушает человека. Прощение — это искусство. Трудное, но жизненно необходимое. Когда человек не прощает, он открывает доступ злу. В духовном мире нет пустоты. Начать можно с простого — самоукорения, честного взгляда на себя перед Богом. Не для самобичевания, а для освобождения сердца.

— Чем для вас является Рождество?

— Это великий праздник — рождение Бога-человека. Это радость, ожидание, надежда. Иногда даже трудно выразить словами — просто хочется прийти и постоять в храме. Даже далёкий от веры человек в эти дни особенно остро чувствует потребность в любви, прощении и тепле.

— Что бы вы пожелали человеку, далёкому от веры, в рождественские дни?

— Учиться благодарить и дарить. Когда человек дарит, он сам наполняется радостью. Не из корысти — просто потому, что видит радость другого.

— В чём рождественская радость сегодня?

— В любви, прощении и надежде. Люди могут убегать от Бога, но в глубине души все хотят, чтобы их любили и принимали.

— Есть ли у вас примеры стойкости веры?

— Да. Это мои духовники, люди рядом со мной и святые: Александр Невский, Сергий Радонежский, Серафим Саровский, святитель Николай.
Но вера проявляется прежде всего в тихом ежедневном труде. Главное — чтобы с нами был Христос. Всё остальное вторично. Мы избегаем славы, потому что знаем, как легко впасть в тщеславие.

— Что для вас важнее всего в служении Богу и людям?

— Всё вместе: любовь, правда, сострадание. Любовь всегда деятельна. Она выражается в поступках. Если ты любишь — ты обязательно что-то делаешь.

— Если бы вы могли обратиться к себе до крещения, что бы вы сказали?

— Иди и крестись. Всё остальное без этого — суета без смысла.

— Что пожелаете людям в Рождество?

— Сердечной радости и любви, которая проявляется не в словах, а в делах.
 

Автор текста — Дарья Воробьева, студентка направления «медиакоммуникации» ТГПУ им. Л. Н. Толстого.

Фото с официального сайта Храма Святого Благоверного Великого князя Александра Невского (Тула).