К этому времени полет на самолетах уже не так восхищал горожан — это зрелище туляки регулярно наблюдали аж с 1910 года. С воздушными шарами вообще были знакомы целых двадцать лет. Но вот действие парашюта лицезрели впервые.
Камнем падает вниз
Новое приспособление приехал демонстрировать Ю. Древницкий. Еще сравнительно недавно — странствующий воздухоплаватель-парашютист, теперь же — простой журналист. С началом Первой мировой войны Древницкий поселился в Москве и занялся более древней, чем полеты на парашютах, профессией. В Туле писали, что к ним приехал именно журналист Древницкий.
На самом деле он — Юзеф Маврикиевич Древницкий, представитель целого клана аэронавтов, сын богатых варшавских родителей, которые, конечно же, протестовали против такого необычного увлечения своих детей. Вместе со старшим братом Станиславом Юзеф сделал подвесной парашют собственной конструкции, который они показывали в разных городах России еще с конца XIX века, когда и аэропланы-то были лишь в проекте.
Дело было новое и невероятно рискованное. В 1905 году во время показательных выступлений в Витебске Станислав упал с высоты пятнадцати метров и почти сразу же умер. В том же году трагедия постигла и жену третьего брата — Альфреда. Первая русская парашютистка Ольга Михайловна Древницкая неудачно упала в Куру на выступлениях в Тифлисе, получила тяжелую травму и больше не выступала. Но вообще, первый свой прыжок она совершила еще в 1896 году!
Спуск на парашюте г-на Древницкого при станции Пушкино. Рисунок из «Московского листка».
Несмотря на такие страшные события, Юзеф Древницкий продолжал поездки по городам России, демонстрируя опаснейшие по тем временам падения с высоты. Он тоже неоднократно получал травмы, падал в море и на крыши домов. При этом мечтал о том, что парашют будет не для развлечений, а для спасения авиаторов. Он говорил о том, что даже при полном завоевании человеческим гением воздушной стихии необходимо будет иметь спасательный прибор, который мог бы сыграть подобную же роль, какую играют пробковые пояса на кораблях. Таким спасательным прибором на воздушных кораблях может быть и будет только парашют.
На первом Всероссийском празднике воздухоплавания, состоявшемся в сентябре 1910 года на Комендантском поле под Петербургом, Юзеф Древницкий видел, как в воздухе развалился аэроплан Льва Мациевича и бесстрашный авиатор погиб. Это было время, когда в нашем небе кружили только иностранцы, творцы разных систем аэропланов, уверявшие, что искусство летать необычайно трудное и русским оно пока неподвластно. Именно на том празднике воздухоплавания русские летчики показали, что, несмотря на все опасности, умеют летать не хуже.
К 1915 году у Юзефа Древницкого было уже более четырехсот прыжков с парашютом! Фактически в конце своей карьеры он наконец приехал в Тулу.
Горожанам обещали жуткий и бьющий по нервам опыт: как, поднявшись на воздушном шаре приблизительно на тысячу метров, человек стремглав бросается вниз, раскрывает во время падения парашют и затем при помощи него плавно опускается на землю.
Старт воздушного шара для прыжков Древницкого.
Местом для проведения демонстрационного прыжка был выбран циклодром. Это оказалось удачным решением, поскольку для привлечения публики вначале устроили велосипедно-моторные гонки и легкоатлетический бег, которые те, у кого не было билетов, никак не могли посмотреть.
Сборы хорошие!
Спортивная часть программы началась днем и здорово разогрела публику, прежде чем начать наслаждаться приготовлениями к полету.
В стайерском заезде на дистанцию в 25 верст случилась сенсация: выиграл Конышев с результатом 34 минуты 29 1/5 сек., а вот фаворит — г-н Nobodi — пришел к финишу с большим отставанием. Стайеры участвовали в гонках со своими лидерами — идущими впереди мотоциклистами, которые позволяли развить еще большую скорость. Nobodi сразу же вырвался вперед на полтора круга.
До финиша оставалось верст семь, когда у его мотора лопнул ремень.
Оставшись без лидера, Nobodi сник, но мужественно продолжал гонку. Более пяти верст он ехал один, а после того как финишировал Конышев, его лидер благородно пристроился к Nobodi, и они заканчивали заезд вдвоем Nobodi тульская публика любила — все знали, что он настоящий боец — не раз падал во время гонок, но все равно продолжал дистанцию.
Братья Древницкие со своей невесткой парашютисткой Ольгой.
Интересно прошел забег легкоатлетов. На дистанции 1500 метров лучшее время показал Критский — 5 минут 9,8 сек. Дистанцию 400 метров первым окончил Ратнов, вторым — Трясучев, третьим — Бобров. А вот Покрович, он же на самом деле Покровский, который сократил фамилию по тогдашней сокольской моде, сошел с дистанции. Покровичу в то время было всего-то шестнадцать лет. Его фамилию, а также Nobodi, запомните. Мы о них еще скажем.
К моменту окончания соревнований публики на циклодроме уже очень много, просто невероятное количество! Еще больше зрителей за пределами циклодрома, откуда можно наблюдать за полетом бесплатно. Люди стоят на соседнем поле, кто-то взбирается на крыши расположенных рядом построек.
Всех, конечно, волнует главный вопрос: как броситься вниз с высоты тысячи метров и остаться живым? Кстати, как пишут, до тысячи метров Древницкий все же не поднимался. Обычно он прыгал с высоты пятьсот метров.
Бесплатная публика, однако, не видит тех приготовлений, которые лицезреют купившие билеты.
Стайерская гонка на тульском циклодроме. 1911 г.
В семь вечера на газоне внутри циклодрома появляется несколько дюжих солдат. Они раскатывают брезентовую оболочку воздушного шара и на специальных блоках поднимают ее на уровень двух тонких высоких столбов, между которыми наскоро сложен из кирпича очаг и навалена охапка соломы. По мере того как солома горит, брезентовый мешок, он же шар, наполняется дымом. Благодаря поступлению нагретого воздуха шар начинает приобретать грушевидную форму. Около него ходят солдаты из местной команды и периодически расправляют брезентовое полотно. Когда шар совсем распрямился, они помогают его удерживать до самого момента полета.
Древницкий тем временем возится со своим парашютом, который в сложенном виде также напоминает публике обычный мешок из разноцветной материи. Аэронавт перебирает целую сеть тонких веревок парашюта, проверяет крепления. Рядом крутятся местные журналисты. Кто-то спрашивает о самочувствии перед полетом.
Древницкий бодр:
— Сборы хорошие, значит, и самочувствие тоже.
В восемь вечера он уже готов лететь. Но в этот момент ему передают кружку для сбора пожертвований, и он обходит ближайшие ряды публики, собирая «на детский очаг».
Сильнейший гонщик Тулы Сергей Конышев — участник велогонок перед полетом Древницкого. 1913 г.
Наполненный горячим воздухом шар уже принял форму дыни. Он рвется в небо. Древницкий крепит себя к шару ременным поясом и дает сигнал отпускать. Баллон тут же рвется вверх, увлекая за собой человека. Аэронавт болтается внизу всего лишь на одном креплении.
Публика, у кого есть, моментально достает бинокли. Так, конечно, наблюдать за происходящим удобнее, тем более что с земли аэронавт уже превратился в маленькую фигуру.
Воздушным течением шар начинает относить в сторону.
В бинокль видно, как Древницкий роется в карманах и выбрасывает из них в толпу целые вороха цветных рекламных «летучек». Тоже дополнительный заработок.
Затем освобождается от крепления, беспомощно зависает в воздухе и стремительно падает вниз. Толпа в ужасе ахает!
В этот момент парашют приходит в действие, и на фоне синего неба раскрывается купол в розово-голубую полоску.
Древницкий медленно опускается, и ветер относит его в сторону. Он приземляется в районе Всехсвятского кладбища, среди могил.
Велогонщик Тарловский — участник велогонок 1915 г.
Освобожденный от груза баллон, выпуская клубы черного дыма, изгибаясь и свиваясь в жгут, переворачивается вверх и, испустив дух, падает на поле рядом с кладбищем. Аэронавт приземляется удачно — никаких травм и повреждений нет.
Бесплатная публика и новый рекорд циклодрома
Через неделю, 12 июля, намечен второй и, как сообщается в рекламе, последний прыжок. Цены на билеты кусаются — от 25 копеек до 5 рублей 40 копеек. Правда, объявлено, что 30% чистой прибыли предназначено в распоряжение тульского дамского комитета Красного Креста — на противогазы и борьбу с удушливыми газами на фронте. Сборы на противогазы ведутся очень активно.
Начинается вновь с гонок и легкоатлетических забегов. В гонках на 1 версту побеждает Тарновский, который неделю назад сантиметры проиграл на финише Нестеренко. На сей раз Нестеренко третий, а второй — Конышев. Раздосадованный Нестеренко вызывает Тарновского на отдельный матч. Тот принимает вызов и побеждает в двух заездах подряд.
В стайерской гонке первыми едут Nobodi и очень сильный гонщик Кузнецов. Однако у Кузнецова что-то случилось с ногой, и он через пять верст сходит с дистанции. Nobodi продолжает гонку и заканчивает ее с новым рекордом циклодрома — 32 минуты 25 3/5 секунды. Причем этот рекорд уже точно как минимум надол-го. Прежнее высшее достижение на тульском циклодроме установил 6 августа 1912 года знаменитый всероссийский стайер Пешков — 33 минуты 13 секунд. Это достижение было рекордом и в московском кружке конькобежцев и велосипедистов-любителей. Но в мае 1914 года чемпион и рекордсмен России 1911–1912 годов Николай Пешков трагически, можно сказать, нелепо погиб от случайного выстрела во время чистки ружья. Так что конкурировать с Nobodi было уже просто некому.
Виктор Покровский, он же Покрович — участник легкоатлетических забегов.
Очень интересным видом программы был шведский эстафетный бег на дистанцию 1500 метров: 800 + 400 + 200 + 100. Победу в нем одержала первая команда Тульского кружа любителей спорта со временем 4 минуты, 16,5 секунды. Покрович, о котором мы писали выше, бежал во второй команде. Свою дистанцию в 200 метров он закончил за 29 секунд. Между прочим, у команды победителей Ушаков пробежал 200 метров за 31 секунду.
К моменту начала полета публики стало очень много. Однако несколько тысяч туляков заняли бесплатные места вокруг. На самом циклодроме зрителей, купивших билеты, уже существенно меньше. Причем среди бесплатных зрителей было очень много зажиточных людей, вовсе не стеснявшихся того, что не пожелали тратиться.
Памятуя о прошлом прыжке, больше всего бесплатных зрителей разместилось в направлении Всехсвятского кладбища.
Однако ветер понес аэронавта в противоположную сторону — к Киевскому шоссе.
Падать он начал в сторону крыши казенного винного склада. Крышу в итоге Древницкий миновал и, цепляясь за телеграфные провода, приземлился за винным складом, на радость трудившимся здесь военнопленным. На этот раз, приземляясь, сломал палисадник и даже слегка повредил ногу. Шар его аэростата, извиваясь змеей и испуская клубы черного дыма, упал неподалеку.
Это были одни из последних публичных выступлений Юзефа Древницкого. Многочисленные травмы, падения и стрессы сказались, он серьезно заболел в 1917 году. Юзефа Маврикиевича положили в психиатрическое отделение Сухаревской больницы в Москве. Там он и скончался. Причем никто толком и не знает когда — то ли еще летом, то ли уже осенью того же 1917 года.
