Нас Данте обманул когда-то, но делал это не со зла.
Он написал про круги ада и семь террас чистилища.
В реальной жизни всё страшнее, и безысходности печать
на нас лежит неотвратимо, и рок нам может доказать.
У каждого бойца, поверьте, есть свой особый, страшный ад...
В мгле ледяной дышать в ладони, дрожать от стужи в снегопад.
Хрустеть ногами, ёжить спину и иглы индевеющих волос,
увидеть пальцы тел замёрзших, что серый тихий снег занёс.
Мечтать о жарком дне и солнце, которые прогонят стужу,
удушат зноем, убьют холод, чтоб тело выпустить наружу.
Распух язык, звенит в ушах, спина покрыта белой коркой
и пытка - там журчит ручей, от солнца бы забиться в норку.
Принёс прохладу ветерок, щенком слизнул потёки пота…
В зубах, глазах пыль и песок, и мусора круговороты .
Забиты щели, радиатор, на шее скомковалась грязь,
порывы штормового ветра, сметут антенны, слепнет связь.
Воды хоть каплю - смыть песок, смочить пустыню пересохшей глотки…
Неделю с неба льёт ведром, нет ни единой сухой шмотки,
ржавеет ствол, раскисли берцы, нога - траншейная стопа
и скользкой плесени потёки, на дне окопа грязь-вода.
Из полной жопы, снова к людям, туда где правит тишина…
Твой ствол почищен, в пирамиде, кровать - не нары, красота,
но в этом мертвом глянце гжели, приходит глухой бездны тьма.
Нет криков, выстрелов и взрывов, накатывает пустота.
Казалось вырвался из ада и мирной жизни поглотила суета…
Но снова бой, только уже в своей постели… ночами… длинными… без сна…
По триггеру, внезапно и неумолимо, из памяти всплывают образА
и каждый день испорчен мрачной тенью, того что было прожито тогда.
Чистилище пришло ещё при жизни, а по-другому как назвать,
когда из прошлого приходят тени, готовые тебя в клочки порвать.
Так больно, страшно и тоскливо, до дрожи рук и слёз из глаз ,
ты поминаешь свою память… тоскливым воем… без лишних фраз…
