Туляк подрезал Сталина

Туляк подрезал Сталина

Летчик Николай Кульпов сделал 57 боевых вылетов за два года Великой Отечественной войны и еще 93 боевых вылета в войну, о которой говорить запрещалось…

Летчик Николай Кульпов сделал 57 боевых вылетов за два года Великой Отечественной войны и еще 93 боевых вылета в войну, о которой говорить запрещалось…


Военный летчик Николай Кульпов: «Эх, жалко, что в Туле памятника «Ил-2» нет, приходится на фоне пушки фотографироваться!»

Андрей Дремизов.
Фото из архива героев публикации.


@ Истории об известных туляках читайте на портале MySLO.ru

Пятнадцати­летний летчик

В семье Николая Ивановича Кульпова никто и никогда не курил, именно поэтому Николай на свои 87 лет не выглядит: утренняя зарядка с гантелями, активная работа в Совете ветеранов…

– В нашей семье было восемь детей и работали с раннего детства – когда тут курить… – говорит Николай Кульпов, военный летчик. – Кем я мечтал стать, если родился в «ткацком регионе»? Конечно текстильщиком! И после семилетки, в 1937-м, поступил в техникум на «технолога прядильного производства». В 1939-м (мне было 15 лет) к нам в техникум пришли летчики из аэроклуба – все в военной форме, в орденах… Короче, в аэроклуб записалось 130 человек – все парни техникума! Но после медкомиссии нас осталось... 31!


15-летние курсанты аэроклуба на первом занятии. Второй справа – Николай Кульпов.

Когда я впервые поднялся в небо, то подумал, что летать я не научусь: кукурузник совсем не «держал горизонт», заваливался по сторонам. Так продолжалось, пока инструктор не сжалился надо мной:


«Ты не мешай самолету, он сам хорошо летает! А легкий крен сам выправится…»

К 12 июня 1941 года я налетал 34 часа и получил удостоверение пилота запаса…

«Все нормально, падаю!»

На фронте нашей задачей было делать аэросъемку немецких позиций и корректировать огонь артиллерии. Фотоаппараты – «АФБ» и «АФ-3 с» – весили около 60 кг. Снимки получались огромные: мы могли за один вылет снять весь участок фронта, до 40 километров! Штурмовик должен идти на одной высоте и маневрировать нельзя, иначе придется снимать повторно…

Первую медаль «За боевые заслуги» мне дали за 10 боевых вылетов, а на тринадцатом вылете меня сбили!

Случилось это под Оршей (Белоруссия) в октябре 1943-го. Мы после фоторазведки стали бомбить позиции фашистов и на высоте 50 метров «Эрликон» мне прямым попаданием «влепил» – пробил оба радиатора! Масло загорелось, самолет задымил, двигатель заклинило… Высота маленькая: с парашютом не прыгнешь. Пришлось садиться прямо на перелесок. Наблюдатели видели, как мой «Ил» загорелся и упал. По связи я успел доложить: «Все нормально. Падаю!»… При посадке плоскости отлетели, но фюзеляж уцелел. Штурман коленку разбил, поэтому шли мы медленно... Нас не было 11 дней, и матерям уже послали похоронки. У летчиков обычай: если за три дня не вернешься, то считаешься погибшим…

Люба, братцы, Люба…

Каждый день рискуя жизнью, Николай Кульпов жалел, что может погибнуть, слишком мало причинив вреда фашистам и …обидно было погибнуть нецелованным!


Старший лейтенант Кульпов в Восточной Пруссии. Фото 1945 года.

– Когда нас в Прибалтику перебросили, я встретил Её: официантка в столовой, Люба Иванова, была моя землячка, из соседнего села. Я влюбился с первого взгляда! Но командир эскадрильи Женя Васильев тоже на нее «глаз положил» и, чтобы избавиться от конкурента, отправил меня на ОЧЕНЬ опасное задание: сфотографировать фашистский аэродром! 27 августа 1944 года (это был мой 30-й вылет) мы двумя экипажами вылетели на Каунас. Погода была отвратительная, и первый экипаж вернулся на базу, а мне назад дороги не было: комэск приказал без снимков не возвращаться. Мой штурман Алексей Климентьев заболел, и со мной полетел Алексей Сорока. …Зашли на маршрут (курс – 113 градусов, как сейчас помню). Зенитки у немцев молчат: странно! И как только мы назад пошли, я понял, почему так тихо было: из-за облаков на нас набросились четыре «Фокке-Вульфа» – немцы своих боялись зацепить, вот и не стреляли. И начался расстрел «горбатого» – так в народе называли «Ил-2» за форму кабины…

Помочь «горбатому»

Первыми же залпами истребители разбили пулемет штурмана и ранили его. Лешка катапультировался, а мне надо было спасти машину. Пушки на «Ил-2» впереди, но туда фашисты и не заходили: боялись. Я им кулаком только грозил, пока они меня расстреливали! При втором заходе я увидел, как полетели тряпки от элеронов моего «Ила» и ленты снарядов: люк открылся от мощного взрыва, значит, зенитка все-таки помогла истребителям … Самолет ушел в крен, а выровнять нечем: элеронов нет, садиться на таком – верная смерть. Люк кабины заклинило снарядом: прыгать нельзя, придется падать... Вот тут у меня вся жизнь перед глазами и пролетела! Перебитый руль высоты я вытягивал вручную и кое-как выровнял «горизонт»... Земля встретила жестко: после удара я увидел, как через меня перелетел хвост машины! Раненный в руку, я отцепил парашют и вылез через бронефорточку. Достав «ТТ», я приготовился отстреливаться, но увидел перепуганного хозяина сада и нашего старшину-артиллериста: «Здорово, летун! Тебя нечаянно наши зенитки «зацепили»: увидели, что «горбатого» избивают, и решили помочь!»...Леху фашисты добивали, пока он спускался на парашюте. С раздробленными ногой и рукой, с простреленным легким Леша приземлился недалеко от медсанбата – его спасли. Артиллеристы меня перевязали и переодели (я был весь в грязи). На третий день я вернулся в полк и выпил свои «сто грамм».

Сталинский сокол

– «Любка-то плакала, когда тебя сбили» – это было первое, что я услышал от друзей после пожеланий здоровья. Я сразу к ней и побежал, только ничего у нас не вышло: на Любе я женился только после войны.


Лейтенант Кульпов осматривает свой «Ил»: 198 пробоин на 1 м.

Фашисты выслали пополнение кенигсбергскому гарнизону, и мы впервые штурмовали как следует: застали их прямо на льду залива и устроили еще одно «ледовое побоище»! А когда я вернулся, на аэродроме было слишком многолюдно, а на моем месте стоял чей-то «Як», нагло так стоял, наискось. Ну я его и «подрезал» – сел прямо перед ним! И не успел я с плоскости спрыгнуть – кто-то сзади ударил меня сигнальным флажком по спине. Я оглядываюсь: рыжеватый летчик шутливо мне грозит кулаком.


Я у виска покрутил пальцем, мол, чего дерешься, дурак что ли? А на меня комэск зашикал: «Ты сдурел?! Это же Василий Сталин!»

Корейская война

Про войну между Северной и Южной Кореей говорить было не принято, и до сих пор про нее мало что известно. Николай Кульпов провел на этой войне 10 месяцев, сбив два американских истребителя!

Николай Кульпов, военный летчик:

– В 1950-м я служил в ПВО Москвы. Мы уже освоили реактивный «Миг-15». Летом нам приказали разобрать самолеты (там крылья можно было снять) и готовиться к выезду на Дальний Восток. Два наших полка, 518-й и 523-й, перебросили на эшелонах к Воздвиженке и весной 1951-го начались тренировочные полеты. В марте поступила команда: «Сдать документы!» Мы поняли, что скоро начнется… Полки перебросили под Мукден (дружественный нам Китай). 23 сентября 1952 года я шел ведомым (прикрывал) у Николая Даниленко (Героя Советского Союза, кстати). Шли как обычно, и вдруг из-за облаков прямо на меня вылетел истребитель «F-80»! Он был метрах в 70-ти от меня, когда я нажал на гашетку… Тульские пушки бьют страшно: американский истребитель разорвало на куски, один из которых попал моему «Мигу» в воздухозаборник! Командир потом шутил: «Вот Кульпов молодец: сэкономил на командировках – привез доказательства сбитого самолета с собой в турбине! Но больше так не делай…»


Два экипажа штурмовиков «Ил-2» после удачного штурма. 
Второй справа – лейтенат Николай Кульпов. Фото 1944 года.

На той войне Кульпов потерял троих друзей, но сам остался невредим.


Из семейного архива
Пожар над Красной площадью


Летчик разведполка старший лейтенант Алексей Филиппов в мае 1945-го.

Туляк Алексей Филиппов (1920-1990 гг.) – военный летчик, защищавший Советское Заполярье. После войны Алексей Иванович летал уже на реактивных истребителях…

Про своего отца, летчика Алексея Филиппова, рассказывает тулячка Светлана Шибаева:

– Алексей Филиппов родился в поселке Дедилово Тульской области. После семилетки он закончил ФЗУ при ТОЗе и работал на заводе, пока в 1940 году по комсомольской путевке не попал в Тульский аэроклуб, а потом в Омскую летную школу…

Воевал Филиппов на Карельском фронте пилотом разведывательной эскадрильи. Однажды экипажу дали задание сфотографировать немецкий аэродром, который только что разбомбили. Летчики увидели, что аэродром горит, но как-то странно, как большой костер… Пролетев чуть дальше, Филиппов увидел настоящий аэродром и разбомбил его «в пух и прах», так что обман фрицам не удался!


Фронтовой бомбардировщик «Пе-2» после боевого вылета. Фото 1944 года.

После войны Алексей Иванович переучился на реактивные самолеты и участвовал на них в воздушных парадах над Москвой. Во время одной из генеральных репетиций загорелся правый двигатель самолета! Только профессионализм летчика Филиппова позволил потушить пожар в воздухе и благополучно сесть на один из подмосковных аэродромов…

В 1958 году Филиппов в чине подполковника был уволен в запас. Он налетал 5000 часов! Награжден орденом Красного Знамени, двумя орденами Красной Звезды и 11 медалями.

 


на правах рекламы


на правах рекламы


на правах рекламы


на правах рекламы

3 мая 2011, в 16:04
Другие статьи по темам

Главные тульские новости за день от Myslo.ru

Мы будем присылать вам на почту самые просматриваемые новости за день