Так быть, или не быть?

Так быть, или не быть?

Вот я, правда, не понимаю, как люди могут осознанно лишать себя жизни? Нет, с точки зрения психиатрии всё понятно, это происходит в связи с отклонениями мозговой деятельности. Но, с точки зрения простого человека, можно сказать обывателя, не обременённого большими познаниями в этой науке — не доходит. Вот ведь пустяк: занозу занозишь или палец случайно порежешь — плачешь, скачешь и орёшь. Просто потому, что это больно, а тут такое… Вы скажете, масса людей по тем или иным причинам решались на этот отчаянный шаг. Да, но с ними я не была знакома лично. А когда твой знакомый, или (не дай бог) близкий человек сводит счёты с жизнью, рассудок отказывается это принимать.

Вот первая история.

Это была двадцатая годовщина окончания школы. Встречу организовали на природе, в замечательном городе Алексине, что на Оке. Недостатка в машинах не было, поэтому все хвалились, как могли. Первая красавица класса Наташка, гордилась не столько автомобилем, сколько его водителем и по совместительству её новым мужем.

Александр (как она представила его) был успешным бизнесменом, галантным кавалером и просто красивым мужиком. Тётки с завистью облизывались и строили все, что могли от глазок, до горок шашлыка на его тарелке. Он же, в свою очередь, смотрел только на свою Наташку, с остальными был внимателен и услужлив, но не более того. Саша весело шутил, смешно рассказывал анекдоты и очень хорошо пел под гитару. В общем, так всем понравился, что стал практически «своим в доску». Мы приятно провели время и разъехались довольные собой. Потом ещё несколько раз пересекались в общих компаниях, и казалось, что более позитивного человека трудно найти.

А ещё через полгода, он повесился в своём гараже. В субботу утром, ничего не предвещало беды. Саша пошел почистить салон машины и не вернулся. К вечеру Наташка забеспокоилась, побежала, проверить, и «проверила»… Не было ни предсмертной записки, ни следов борьбы, ничего. У него не было долгов, не было врагов, он просто шагнул в петлю. Это было так противоестественно и необъяснимо, что повергало в ступор.

Вторая история.

В бухгалтерии нашего завода, много лет, работала милая женщина Нина. Большая, медлительная даже говорила нараспев. И всегда улыбалась, казалось, что нет такой вещи, которая могла бы вывести её из равновесия. Но, будь он не ладен, в стране случился дефолт и, как следствие кризис. Вы спросите: а причём здесь простая бухгалтерша? Всё просто: семья, двое детей, завод работает, а зарплату не платят. У мужа, на соседнем заводе — та же песня. Вот и пришлось ей в сорок лет искать новое место службы.

Оно нашлось очень скоро, в расчётном отделе смежной фирмы. Но там, что-то сразу пошло не так. Коллектив был молодёжный, она туда слегка не вписалась. Молодые — народ резкий, выражений не выбирают, а она (в силу характера) тем же ответить не могла. И так они в своих «шуточках» и «замечаниях» преуспели, что её самооценка упала ниже плинтуса. Женщина замкнулась, перестала общаться даже с прежними друзьями, избегала любого диалога. Дома, поскорее справившись с бытом, ложилась на диван и замолкала, уставившись в стенку.

Однажды вечером, дома никого не было: семилетний сын гулял во дворе, муж ещё не вернулся с работы, а дочь из института. Нина выпила уксусную кислоту. Нашел её сын. Она была жива ещё три дня. Говорить почти не могла, но знаками показывала, что очень хочет жить и просила врачей спасти её. Но ожог был очень сильный, и спасти не удалось.

История третья.

Когда Володя появился у нас на заводе, я сразу обратила на него внимание. Он был, что называется, в моём вкусе. Высокий, крепкий брюнет, с большими и сильными руками. Работал водителем огромного КАМАЗа, что ещё больше придавало ему мужественности. Я была в поиске, а он в недавнем прошлом разведён, мы, не торопя события, присматривались друг к другу.

Но, нашему роману не суждено было свершиться. Другой человек очень скоро стал моим мужем, а с Володей мы остались хорошими друзьями. Он тоже вскоре женился. Ещё через полгода я ушла в декрет, и благополучно родив чудесного сына, находилась в отпуске по уходу за ним.

Однажды вечером муж, вернувшись с работы, принёс страшную весть: Володя застрелился. Подробностей я не знала. Он был охотником, поэтому в доме было оружие. Рассказывали, что когда привезли в больницу, был ещё жив, его прооперировали и спасли, но придя в себя, он сказал: «Я ушел не для того чтобы вернуться», рванул все трубки и умер.

 

Все эти страшные истории произошли с людьми, которых я, знала и к которым очень хорошо относилась. Но, честное слово, я не понимаю, как они могли осознанно, причинить такую боль себе и своим близким? Ведь жизнь так хороша даже со всеми её сложностями и неприятностям.

 

P. S. Думала, что закончила, но вдруг вспомнила ещё об одном случае, он об этом, но всё-таки немного о другом.

На третьем этаже нашего дома жила чудная дама, актриса академического, драматического, но всё-таки провинциального театра. Семьи нет, вся — в искусстве. Маленькая, худенькая женщина с полубезумным взглядом и странной улыбкой. Фактурной внешностью не обладала, поэтому роли ей давали не главные. Но она и им была рада.

Художественный руководитель театра «замахнулся-таки, на Вильяма, нашего, Шекспира», и она очень хотела сыграть Офелию. Но, более молодые, и более длинноногие не дали ей этого сделать. Тогда она решила устроить публичный акт протеста и самоубийства в одном действии. Сами понимаете, актриса не могла банально отравиться.

Дело в том, что её организм страдал страшной аллергией на лилии. И вот какую мизансцену она разыграла: сначала устроила себе одр: установив свою кровать на постамент, из подручных средств посреди комнаты. Плотно закрыла окна и завесила их тяжёлыми шторами, получился занавес. На все имеющиеся у неё сбережения заказала доставку огромного количества лилий. Надев противогаз, обложила ими своё ложе. Облачилась в самый красивый пеньюар, загримировалась и улеглась в центр всей этой композиции.

Спас её сантехник, у соседей сверху прорвало трубу, и он пришел устранять неисправность. Позвонив в дверь, заметил, что та не заперта, вошёл во внутрь, и чуть сам не гикнулся от увиденного. Он (бедолага) подумал, что дамочка уже отошла в мир иной и это от неё такой ядовитый аромат исходит. Вызвал милицию, а те уж и определили, что «потерпевшая» жива, просто находится в глубоком обмороке.

Тётеньку, конечно, откачали, но на учёт в психушке всё равно поставили. Что не мешало ей и дальше служить Мельпомене пусть даже и на второстепенных ролях. Когда её потом спрашивали: «Почему же вы выбрали такой специфический способ ухода?» Она, довольно разумно объясняла: «Ну, представьте себе, повесится и отравиться я не могла, ведь эти способы изуродовали бы меня, а я должна была остаться красивой»

Думается, что она вовсе и не хотела делать этого по настоящему — как всегда, играла…

 

«Бывает, что не хочется жить, но это не значит, что хочется не жить»

(Станислав Ежи Лец).

Автор: Fima, 24 июля 2015, в 09:56 +11
Оконный переплёт
Оконный переплёт
Минздрав предупреждал.
Минздрав предупреждал.