Семья Соибназаровых – это папа Гульзор, мама Чамангул, старшая дочь Уснибону и младшая Ангома.
Гульзор и Чамангул родом из Памира – это горная система на территории Таджикистана в Горно-Бадахшанской автономной области. В Тульской области Соибназаровы живут с 2014 года. А началось все в далекие 2000-е, когда Гульзор уехал покорять Москву. Невеста Чамангул вскоре приехала к нему, и обе дочки родились уже в столице.
На вопрос о том, не жалко ли было уезжать из столицы в маленький Донской, Гульзор откровенно признается:
– В Москве трудно. Надо очень много денег, чтобы купить квартиру. А когда родились девочки, стало еще тяжелее. В 2006-м родилась Уснибону, в 2011-м – Ангома. А вот обосноваться в Донском уже было несложно.
Когда Уснибону был год, мама отвезла ее на родину, к бабушке и дедушке в Душанбе (столица Таджикистана), девочка провела там три года. А родители жили в Москве и зарабатывали деньги на будущее. Потом переехали в Тульскую область, где получили вид на жительство.
– Мы уже больше чувствуем себя россиянами, чем памирцами. Считаем себя почти русскими, – смеется Гульзор. – Мы с женой родились в Советском Союзе и прекрасно помним то время, когда мы были одной страной. Очень любили СССР и Россию, поэтому когда приняли решение уехать из Памира, то сразу знали: это будет только Россия. А куда же еще нам ехать? Мы любим Россию и людей, которые здесь живут, они нам родные.
– Папа рассказывал, что когда он ездил навещать родных на Памир, то хотел скорее вернуться, потому что скучал и по нам, и по Донскому, по нашему дому, – говорит Уснибону.
На Памире у Гульзора остались родители и младший брат, у Чамангул – тоже родители. По словам Гульзора, пожилые люди больше скучают по тем местам, где родились и выросли, а вот они с женой уже больше скучают по России.
Самое главное, что родители передали детям, это знание языка. Памирских языков несколько разновидностей, Соибназаровы говорят на шугнанском языке.
– Шунганский язык я очень хорошо понимаю, а вот говорить на нем начала недавно. Ангома тоже понимает, но пока не говорит, - рассказывает Уснибону. - Кстати, наш язык гораздо легче русского. В семье папа и мама общаются на шугнанском, а с нами – на русском. А вот если мы будем разговаривать с другими таджиками, то мы будем общаться на таджикском языке, потому что он у нас государственный.
Имена в семье Соибназаровых для нас звучат очень необычно и красиво. Имя Гульзор означает «цветочное поле», Чамангул – «луг, поляна, цветник». Уснибону с персидского языка – «госпожа», Ангома – «мелодия, напев».
На столе у памирцев всегда ширчой – чай с молоком (шир – «молоко», чой – «чай»). Такой чай пьют с лепешками (кульча), некоторые любят напиток посолить и поперчить, а кое-кто даже добавляет в чай топленый жир.
Популярные памирские блюда – шурпа, плов, шашлык и самса. Из русских очень полюбили борщ, вареную картошечку с селедкой, рассольник и блины. Соибназаровы отмечают все большие праздники, особенно любят Новый год, Масленицу и День России.
Соибназаровы – мусульмане, исповедуют ислам, течение – исмаилизм, оно наиболее близко к христианской вере.
– Мы молимся дома, даже есть такое выражение: «Бог – везде, он всегда с тобой», – говорит Гульзор. – Телесная молитва для нас не главное. Главное – молитва душой и сердцем. А еще важнее – духовная
чистота.
Исмаилитские женщины не закрывают лица, учатся, строят карьеру. Вообще, образование для исмаилитов очень важно. Уснибону – студентка Университета Льва Толстого, будущий журналист, Ангома учится в 8-м классе в школе в Донском, обожает математику и хочет стать экономистом.
– Несмотря на то, что я родилась в России, я чту традиции и обычаи памирцев, – говорит Уснибону. – Я хочу знать свой язык, культуру, у меня есть национальное платье, которое я очень люблю. Это полностью ручная работа. У памирцев три главных цвета: белый, красный и зеленый. Белый цвет символизирует мудрость, красный – силу и гордость, зеленый – природу. Тюбетейки у нас разных цветов. Узор на платье и тюбетейке называется ширузе, в нем – символы природы, такие как, например, оленьи рога; от сглаза – обереги в форме треугольников.
– Памирцы – это древнейший иранский народ, мы отличаемся гостепримством, добротой, честностью, уважением друг к другу и особенно к старшим, – продолжает Уснибону. – Если я узнаю, что где-то в Туле есть памирцы, то очень обрадуюсь; мы обязательно встретимся, поговорим, даже если незнакомы, – нас объединит то, что мы памирцы. Большая редкость встретить в Туле человека своей национальности.
На вопрос о том, за молодого человека какой национальности должны выйти замуж Уснибону и Ангома, старшая из сестер ответила: «Только за памирца!» А вот у родителей другое мнение.
– У нас такая культура, что мы своих детей не заставляем выходить замуж только за памирцев, – говорит Гульзор. – Если они полюбят, например, русского парня, мы не будем против. Главное, чтобы они жили счастливо и любили друг друга.
