В Туле простились с известным журналистом Борисом Играевым

— Мой путь в журналистику — это Борис Играев. Осенью 1985 года, 41 год назад, я пришел в «Молодой коммунар», будучи девяти- или десятиклассником. Принес заметку и попал на главного редактора Бориса Анатольевича. Он ее взял, поправил и поставил в номер. Я потом скупил очень много номеров и раздал своим знакомым.

Это была первая встреча. А теперь все и закольцевалось. Последним местом работы Бориса Анатольевича был именно ГТРК и Союз журналистов.

Последние два года он очень интенсивно работал, писал книги. Написал «Хроники тульского телевидения» и «Хроники тульского радио». Очень спешил, говорил: «Давай быстрее». Я говорил: «Боря, чего спешишь? Время есть, вся жизнь впереди». Он все повторял: «Надо успеть, надо успеть».

А в середине декабря он пришёл и сказал: «Сергей, всё. Я ухожу, умираю». Больше мы не виделись. Последнее письмо получил от него в середине января, он писал, что переживает за судьбу книг. Хочет увидеть их издание живым. Не получилось. Но мы обязательно издадим эти книги.

— С Борей мы работали очень долго, в том числе в самый тяжелый период — с 1991 года до начала прошлого десятилетия. До того момента, когда он ушел преподавать. Кафедра была его мечтой, поскольку по образованию он учитель, окончил истфак.

Они с Сашей Ермаковым, который работал у нас редактором, были эрудированные, грамотные, прекрасно владели словом и по-человечески относились ко всем людям. Поэтому с кафедрой все получилось.

У них никогда не прокатывала халтура, недостаточная фактура, тавтология. Шаблоны. Это было просто невозможно! «Молодой коммунар» был легендарным изданием с тиражами по 200 тысяч, в том числе благодаря им.

Борис был очень внимателен к людям. Его умение слушать и слышать было самым ценным качеством для меня. Он помогал всем и всегда, если была возможность. Конечно, он не был ангелом. Иногда мог пойти по кабинетам чиновников выдавать правду-матку, как он говорил, «пинком дверь открыть и выдать всё что надо». А после этого все расхлебывали.

Ну это нормально было. Просто Борис был настоящим мужчиной. А еще — потрясающим семьянином. Семья была для него главным, что бы ни происходило вокруг.

Он успел подготовить большую журналистскую плеяду, и за это ему тоже большое спасибо.

Борис говорил, что ему еще нужно издать книгу. Он не успел. И мы решили, что будем печатать ее на страницах «Молодого коммунара». Читатели ее все-таки увидят.

— Сегодня я прощалась со вторым отцом. Для всех, кто так или иначе связан с тульской журналистикой, Борис Анатольевич Играев — это, безусловно, фигура номер один. Он был для нас, если так можно сказать, идолом. Мы его обожали, мы поклонялись ему, прислушивались к каждому его слову, мнению.

Это было самое ценное, что вообще мог дать наставник своим ученикам и коллегам. Борис Анатольевич вне зависимости от возраста всегда относился к нам, более молодым специалистам, профессионалам, по-братски. Никогда не было расстояния между нами. 

Мы осиротели, потому что больше такого человека, как Борис Анатольевич Играев, в тульской журналистике нет. Такого заботливого, понимающего, чуткого, чувствующего, распознающего журналистский дар.

Я знаю, что сюда пришло много его студентов, выпускников. Я горжусь тем, что работала с ним в качестве преподавателя на его кафедре. Всё равно это кафедра Бори, как ни крути.

Моя младшая дочь пошла по моим стопам, она тоже училась на его кафедре и рассказывает, что они называли себя «Играевская контора». Мы все «Играевская контора». И всем нам сейчас тяжело.

— Статный, всегда одетый с иголочки, рассудительный, поддерживающий и никогда не осуждающий. Борис Анатольевич Играев был для нас, студентов, примером. Его неторопливый шаг с чашечкой кофе по коридорам кафедры был символом того, что всё хорошо.

Он пытался поделиться с нами всем, что знал и, что самое ценное, умел в нас верить. Даже когда мы совершали ошибки. Он ласково называл нас «кукушками», а мы обклеивали стикерами с пожеланиями дверь в его кабинет, когда наш любимый БА отмечал день рождения. 

Кафедра была его детищем. Он следил за нашими успехами, звонил в день рождения; позвал нас учиться в магистратуру, когда она открылась на кафедре. Эта отеческая забота, что-то гораздо большее, чем дают преподаватели. Летом 2024-го, в последний день работы Бориса Анатольевича в ТулГУ на кафедре собрались десятки выпускников разных лет.

Он создал большое журналистское сообщество, научил десятки журналистов не только работать, но и любить профессию. За это мы все ему бесконечно благодарны.

— Для меня было честью у него учиться, привилегией — с ним работать, но самым большим счастьем и редким сокровищем было стать для него дружочком. Именно так он меня называл. Сложилось так, что Борис Анатольевич стал для меня самой значимой родительской фигурой в жизни.

Он учил всегда бороться за то, во что веришь, стоять на своем и слушать интуицию. Говорил, что только мы сами можем принять верное решение, потому что чувствуем, как будет лучше.

Он был журналистом, на которого все равнялись. Нам были дороги его лекции, на которых теория чередовалась с его жизненными историями. Он делился случаями из жизни, советовал, куда стоит поехать и что посмотреть.

Это был человек - золотое сердце и человек-легенда. Вчера рыдал весь наш учебный корпус — от уборщиц до деканата. Так его любили. Таких, как Борис Анатольевич, уже не будет. Осиротела не только журналистика, но и каждый из нас по-своему. Это невосполнимая потеря.