Меньше чем через месяц — 21 июля — Михаилу Васильевичу Пастушкову исполнится 100 лет. Участник Великой Отечественной войны, почетный житель Новомосковска, он родился в Смоленской области, там же его застала война. После победы судьба забросила его в тогда еще Сталиногорск, где Михаил Васильевич остался — женился, вырастил детей. И на его глазах город рос и развивался.
Корреспонденты «Тульской прессы» приехали к ветерану за месяц до его векового юбилея — поговорили о войне, жизни и Новомосковске.
— Михаил Васильевич, вы родились на Смоленщине и войну встретили там же. Помните первые дни?
— 21 июня 1941 года у нас был выпускной вечер — я только семь классов окончил. 22 июня началась война. Через месяц нас оккупировали.
— А свои чувства в тот день помните?
— Да, убивающий день тогда был. Траурный. Сразу объявили мобилизацию, и мой отец под нее попал. В 1943 году он погиб.
— Сколько лет вам тогда было?
— Четырнадцать. Я родился 21 июля 1926 года (хотя по документам записан 22-го числа).
— Страшно было?
— Как вам сказать... Мы тогда о смерти не думали. Просто цель была, мечта — победить, защитить нашу Родину. И не было мыслей даже, что вот кто-то идет, а я в стороне буду стоять.
С первого дня немцы стали расправляться с местными не по-человечески. Убивать стали, вешать… А я подростком в то время был. Когда немцы добрались до коммунистов, учителей, угонять скотину начали, мы — я и еще один парень, мой ровесник, — были вынуждены со стариками уйти в лес.
Там организовали партизанский отряд. Их начальник сказал: «Такие, как вы, нам и нужны». Мы ходили на разведку: садились на лошадей, косу на плечо закидывали — мол, косить едем, — а там вплотную к немцам подходили, выясняли, где техника стоит… И докладывали потом. Вот так два года занимались подрывной деятельностью в партизанском отряде. И под оккупацией были два года и три месяца. Только в октябре 1943-го освободили. А уже в ноябре нас поставили на учет.
Прошли месячную переподготовку и были освобождены — «до первого вызова». Первая повестка пришла только в марте 1944 года. С того момента нас направили в учебный пункт, а с сентября по февраль я находился на передовой. С передовой получилась неприятность: шесть человек заболели разом воспалением легких, это было 28 февраля 1945 года. И нас отправили в госпиталь. До сих пор жалею, что так получилось.
— Куда вас отправили после победы?
— После госпиталя — это была весна — мы, все шесть человек, попали на военно-пересыльный пункт, оттуда нас отправили в Горький — учиться на шоферов. Месяц там пробыли, и закончилась война. Потом получили права, и в июле нас, уже обученных, отправили в Тульскую область для обслуживания лагерей военнопленных.
В Туле нас принял полковник Борис Николаевич Сапожников. Пятерых человек отпустил, а меня спросил: «Будешь меня возить?» Я согласился.
— Когда на нас напали, вы были подростком. А о чем мечтали до войны?
— У меня была мечта стать учителем. А потом… Семь лет прослужил, работу нашел. Мог бы отучиться, но уже двое детей было. И работа водителем мне нравилась. Поэтому и остановился на этом.
— А в Новомосковске как оказались?
— Последний лагерь военнопленных был здесь, на Гипсовом. А в 1951 году я устроился на местный комбинат, где выполнял ответственную работу — возил взрывчатку. Все время был в командировках, от Украины до Урала — все объездил. Спал по три-четыре часа. Бывало, надо ехать на Украину. Документы оформишь, и уже в час-два [часа] ночи выезжаешь — чтобы «по холодку» добраться. Техника-то была не такая, как сейчас. Сейчас и быстроходы, и гидравлика… Совсем другое дело.
— На чем ездили?
— Начинал с ГАЗ-51, потом был ЗиЛ-150, ЗиЛ-64 модернизированный. И так — до 130-го. Уже при мне КамАЗы были, но я как-то привык к своей машине, так и ездил на ней.
Проработал на комбинате 42 года: постоянно был на доске почета, награжден неоднократно орденами, медалями, грамотами. Вот так и прошла моя жизнь.
— Получается, всю жизнь прожили в Новомосковске?
— Да. После войны три года в Туле провел. Потом — в Новомосковск приехал, тут и приземлился. Здесь же с женой познакомился: женился, дочь родилась. Вот так. С 1949 года и до сегодняшнего дня. В этой квартире 46 лет прожил.
— Михаил Васильевич, вы, когда на пенсию ушли, чем занялись?
— В то время дочь получила участок под Москвой, рядом с Истрой. Говорит, надо дом строить. Отказаться я не мог, двенадцать лет там провел. А потом и другая дочь купила дачу. Случилась та же история.
— Вы практически застали, как рос Новомосковск, — жили здесь, когда он был Сталиногорском. Сильно город поменялся?
— Сильно. Тут (показывает на окно) была линия, рабочий поезд ходил. Вокзал там был. А где улица Московская сейчас — даже асфальта не было, лужи одни. Дома все на моих глазах строили. Даже это место, где сейчас мой дом стоит, было чистым полем, где пшеницу сеяли.
— Думали тогда о том, что будет в XXI веке?
— Я всегда говорил: дожить бы до пенсии, а там годочка два на машине — у меня «шестерка» была — свободно поездить. На Смоленщину за грибами отправиться. И вот уже сколько пожил. Младших сестер и братьев уже по двадцать-тридцать лет в живых нет, а у меня самая тяжелая жизнь была — и вот сколько живу. 100 лет почти.
— А у вас семья большая была?
— Четыре брата и две сестры. Старшая сестра — ее на трудовой фронт отправили, на Урал. Я в лес ушел, чтобы к немцам не попасть. Остальные ребята — все младше меня.
— В итоге на Смоленщину за грибами съездили?
— Да. И тут еще поездил (смеется).
— А помимо грибов увлекались чем-то? Например, рыбалкой.
— Рыбалку я не особо любил. Но у нас возле дома, в Смоленской области, речушка была небольшая. А рыбы — хоть руками лови. Вот я, брат мой, отец после обеда брали ведро и шли за рыбой. И раков руками ловили.
— Михаил Васильевич, через месяц вам будет 100 лет. С какими мыслями вы встречаете этот возраст?
— Пожил я, дай бог каждому. Но и еще пожить охота. Когда война кончилась, мы поехали в Румынию — получать машины. Идем по Кишиневу, с автоматами… А тут цыганка ко мне пристала. «Дай, — говорит, — погадаю». Я говорю: «Все угадано уже: война кончилась, я жив остался». А она не отстает: «Погадаю-погадаю». Согласился. Сказала мне: «Проживешь очень много лет. Жизнь будет тяжелая, но интересная». И действительно так все случилось.
