Ирина Киселёва — яркая, обаятельная женщина со спортивной фигурой и волевым характером. Сейчас в ее конном клубе 12 лошадей, а за плечами — десятки соревнований и сотни благодарных родителей, детям которых помогли четвероногие лекари.
Лошади пришли в жизнь Ирины не сразу. Изначально у нее был успешный бизнес — своя транспортная компания, которая занималась перевозкой грузов. И одна маленькая конюшня при доме в поселке Рудаково, а в ней — лошадка Варвара.
— Я любила кататься на лошади, но в 2014 году упала с нее и сломала позвоночник. Лошадь у меня была спортивная, молодая. Она нуждалась в каждодневной работе, а я не могла ей этого дать, будучи травмированной. Начала искать для нее хорошие руки. Мне позвонила одна девушка:
«У меня есть ненужный пони, у тебя — ненужная лошадь. Давай поменяемся? Если что, пони может быть просто газонокосилкой».
Я подумала: «Почему бы и нет?» С этого и начался наш пони-клуб. Первый пони приехал к нам в конце 2014 года. А в 2015 году мы с моей семьей приняли решение открыть пони-клуб для детей. Это до сих пор семейный бизнес: в нем я, моя дочка Ульяна и моя сестра Анастасия, логопед-дефектолог, сейчас в декрете. Транспортный бизнес я закрыла, потому что на два времени и сил не хватало, а любовь к лошадям оказалась сильнее.
Восстановилась Ирина достаточно быстро. У нее был неоперабельный перелом крестцового отдела. Врачи говорили, что ходить она будет пятьдесят на пятьдесят. Но сейчас Ирина не только ходит — она еще и действующий спортсмен! Через шесть лет Ирина снова села в седло, а число лошадей в ее клубе стало стремительно расти.
— Сначала был небольшой пони-клуб, у нас было всего пять поняшек. Потом мы поняли, что нехорошо содержать лошадей, не имея для этого нормальной территории. Лошадь должна двигаться очень быстро и очень много. И в 2020 году мы купили несколько участков в деревне Никулинские Выселки. С этого момента началась история уже этой конюшни. Сейчас у нас не пони-клуб, а просто конный клуб, но название «Рыжий пони» мы сохранили.
Сегодня в клубе двенадцать лошадей: три шетлендских пони, остальные — лошади и лошади пони-класса (пони-класс — до 150 см в холке. — Прим. авт.). Про каждую Ирина может рассказывать часами.
— Мимино — абсолютный чемпион России, мы зовем его Миша. Рыжий Апельсин — в его честь и был назван клуб. Апельсин стал первым пони моей дочери Ульяны.
Карачаевский серый мерин Грей Джой — наш основной иппотерапевт, ему 19 лет. Мы называем его Доктор Лошадь. Он занимался с большим количеством детей с различными особенностями развития. У него абсолютно «бронебойная» психика: если сейчас поедет бронетранспортер, он даже ухом не поведёт! То есть если ребёнок будет сверху беситься, кричать, бить ножками, ручками, Грей остановится и будет ждать, пока малыш успокоится. Он никогда не позволит себе лишнего движения.
Ирина и Грей.
Кстати, Грей — это тот самый конь, на котором я начала ездить после перелома позвоночника. Это моя лошадь, а я его человек. Мы с ним не разлей вода, я ему доверяю на 300 процентов! Это лошадь с огромным опытом и потенциалом, хотя была выкуплена из страшных условий. Я привезла его из Карачаево-Черкессии, он должен был отправиться в Татарстан на колбасу. Мы летели за ним как оголтелые и вытащили его уже практически из машины! В нашей конюшне очень много лошадей, спасённых из неблагополучных мест.
У нас почти все лошади — иппотерапевты. Мы специально стараемся подбирать команду таким образом, чтобы почти все могли помогать детям с инвалидностью.
Ульяна с Апеллесом.
Так, американский рысак Апеллес помогает детям, у которых есть проблемы с речью. Это похоже на волшебство, но на самом деле идет стимуляция мозга: лошадь движется и передает более ста импульсов в минуту головному мозгу человека. Биомеханика лошади схожа с биомеханикой человека.
Также в конюшне у Ирины Киселевой живет шетлендский пони Смайл, орловский рысак Паркет, две помесные лошади Бьюти Голд и Сапфир, арабский скакун Монплезир, англо-араб Мадагаскар, американский аппалуза Сильвестр (ему 29 лет, самый взрослый конь! — Прим. авт.), русский тяжеловоз Гонец, по-домашнему — Малыш.
— Малыш у нас работает со взрослыми, потому что у них тоже есть проблемы: и больные спины, и психологические травмы.
Ирина признается, что когда открывала пони-клуб, даже не предполагала заниматься иппотерапией:
— По образованию я учитель начальных классов и ОБЖ с правом преподавания музыки и физкультуры. Плюс педагог-психолог. Через полтора года жизни клуба мне позвонил один мужчина и спросил: «А у вас есть иппотерапия?» Я говорю: «Нет». Оказалось, что у его трехлетнего внука ДЦП и ему нужна помощь. Этот случай подтолкнул меня к тому, что я поехала учиться в Санкт-Петербургский аграрный университет и теперь я инструктор адаптивной верховой езды.
Кстати, внук того мужчины, Саша, у меня очень долго занимался. По сей день он периодически приезжает пообщаться с лошадьми. Мальчик сейчас ходит с опорой, великолепно работает на компьютере.
Я могу очень долго рассказывать про каждого ребёнка. Результаты, которые мы видим, иногда нас потрясают. Когда приносят куклёнка, который не может пошевелить ни ручкой, ни ножкой, ни пальчиком, весь скрюченный в комок, спастика дикая… И когда он на пятом-шестом занятии садится на лошадь и может сидеть — это такое нереальное счастье! И азарт — двигаться дальше, пробовать. Когда неговорящие дети начинают произносить первые звуки, слова — это тоже непередаваемые эмоции! Многие дети, которые пришли запустить речь, остались дальше заниматься верховой ездой, и теперь они наши спортсмены.
Татьяна Громова приезжает в «Рыжий пони» со своей дочкой Ксенией уже три года. У девочки задержка психического развития, первый раз малышка познакомилась с лошадками в три с половиной года.
— Мы приехали сюда летом 2022 года. Ксюше было три с половиной года. Первые эмоции были непередаваемые! Пробное занятие прошло на пони, сейчас дочь занимается уже на больших лошадях. У дочки был откат в развитии: она замолчала. Когда мы сюда приехали и начали заниматься, каждое занятие — плюс слово. Ксюша не знала имен родителей, но через три недели она знала имена всех лошадей!
Ирина, Ульяна и Анастасия за это время стали для нас нашими маленькими жизнями. Здесь Ксюша учится общаться и с другими детьми, и с лошадьми, ей прививают бережное отношение к природе, животным. У нее появились друзья. Мы, мамы особенных детей, обмениваемся опытом, делимся маленькими победами. Для нас это большая отдушина. Каждые выходные мы здесь. Обязательно привозим с собой вкусняшки для лошадок — морковку и сухарики.
Ксюша Громова на Апеллесе.
У лошадей свой распорядок дня. В пять часов утра они выходят пастись на поле в четыре гектара; по периметру натянутые верёвочки — это электропастух. По ним передаётся небольшой разряд электрического тока, так что лошадки знают, что верёвочка «кусается». В девять утра они уже возвращаются домой — время завтракать! А в десять начинается тренировочный процесс, который длится до вечера.
Основная еда лошадей — сено. Три раза в день они получают кашу, у всех она разная, в зависимости от потребности лошади.
— У нас есть возрастные лошади, которым зерновые нельзя, поэтому у них беззерновая каша, — говорит Ирина. — Для спортивных лошадей есть добавки. Все любят овёс, ячмень, кукурузу, морковь, яблоки — питание разнообразное. Из лакомств им дают сахар, специальный конный мармелад и козинаки — это семечки, отруби, пшеница, скрепленные патокой.
Мы просим родителей детей, особенно с расстройствами аутистического спектра, привозить с собой немного вкусностей, чтобы они покормили свою лошадь и при этом получили тактильный контакт. Для детей это очень важно.
Стоят лошади как хороший автомобиль. Например, спортивный конь — в районе двух с половиной миллионов рублей.
— Есть лошадки, которые уже ничего не стоят. Но для нас они бесценны. Они с нами навеки. До конца жизни.
Главная помощница Ирины — дочь Ульяна. Девушке 23 года, она окончила Хреновскую школу наездников по специальности «младший ветеринарный фельдшер». Сейчас получает высшее образование в Орловском государственном университете, учится на ветврача. А еще Ульяна — кандидат в мастера спорта, действующий тренер, берейтор лошадей в конном клубе «Рыжий пони» и… кузнец! Подковать лошадь? Легко!
— В конном спорте я с пяти лет, — рассказывает Ульяна Сенчило. — Сначала что-то получалось, были награды, победы. Я росла, соперники прогрессировали, а я оставалась на месте. Плюс у меня было два перелома позвоночника, и я очень много времени потратила на восстановление. В 14 лет — юношеский максимализм, отрицание всего. Я ушла из спорта. Но в 19 лет в моей жизни появился Апеллес, и я решила вернуться. Открыла для себя дисциплину «конные пробеги» — это когда ты на лошади двигаешься по пересечённой местности на большие расстояния, от 40 до 160 км.
В этом году Ульяна планирует выполнить нормативы мастера спорта. Параллельно с этим она с удовольствием занимается с детьми и верит в силу иппотерапии.
Умница Мадагаскар играет на музыкальных инструментах!
Лошади обладают поразительным интеллектом и тонкой эмпатией. Их привязанность к человеку строится на абсолютной искренности. Они улавливают малейшие изменения в сердцебиении, дыхании и интонации человека, мгновенно считывают внутреннее состояние. Они показывают ровно то, что чувствуют в данный момент, и доверяют только тому, кто ведет себя с ними по-доброму.
— А еще на лошадь нужно садиться только с холодной головой — это правило любого всадника, — говорит Ульяна. — Ты спокойно ведёшь лошадь. Она может под тобой делать всё что угодно: истерить, психовать, бояться, чересчур сильно радоваться, но всадник берёт на себя ответственность за лошадь. Он главный в паре.
Сейчас конный клуб «Рыжий пони» растет и развивается. Ирина и Ульяна мечтают, чтобы о них узнали и почаще стали приглашать с выступлениями на городские праздники.
— Все, что у нас есть, мы сделали сами. Единственное, о чем сейчас мечтается, это трехместный коневоз. У нас все впереди! — улыбается Ирина.
