В преддверии профессионального праздника Myslo поговорил с молодыми сотрудниками, которые уже успели зарекомендовать себя как эффективные следователи.
Дмитрий Побочин, старший следователь 1-го отдела по расследованию особо важных дел в СУ СКР по Тульской области.
— Для чего вы стали следователем?
— Еще в подростковом возрасте стал задумываться о профессии; меня всегда интересовала профессия, связанная с юридической направленностью. Работа в правоохранительных органах стояла в приоритете. Мне хотелось это попробовать, потому что читал много литературы такой направленности, смотрел фильмы, где сотрудники быстро и ловко выводят на чистую воду преступника.
— И насколько реальность отличается от художественного вымысла?
— Отличается разительно, скажу честно. Тем не менее в жизни иногда все бывает гораздо интереснее, чем в телевизоре. Каждое преступление — уникально. Требуется внимание к деталям и четкий анализ. Я расследую тяжкие и особо тяжкие дела: преступления против личности, против половой неприкосновенности и так далее.
— И какие дела самые интересные? Много удалось раскрыть за два с половиной года работы?
— Уже под сотню дел расследовано и направлено в суд. Повторюсь: все дела интересные. Но наиболее трудные те, которые совершены в условиях неочевидности: нет свидетелей, преступник пытается скрыть следы. Например, в прошлом году мужчина распивал алкоголь в компании знакомого, повздорил с ним и зарезал. Перенес труп в ванную, продолжил пить, а утром сам позвонил в полицию. Мол, в такой-то квартире спрятан труп, а убийца — хозяин квартиры. Не учел только один факт: хозяин квартиры — инвалид, который просто физически не смог бы нанести столько ранений и такого характера. Я изучил улики, материалы, и преступника задержали, когда он пытался скрыться из Тулы.
— Вы работаете в особо важном отделе. Чем он отличается от районных отделов?
— Здесь расследуются преступления, которые вызывают общественный резонанс, — особо сложные дела. Пример — двойное убийство в Новомосковске, где мужчина из-за долга застрелил двух знакомых. Обвиняемый, между прочим, проявил недюжинную смекалку, пытаясь замести следы.
— Кстати, в тех самых книгах и фильмах злодеи весьма одаренные граждане. Можно сказать, Шерлоки Холмсы преступного мира. А как с этим обстоят дела в реальной жизни?
— В основном обычные люди. В моей практике исключение — это как раз тот самый обвиняемый в двойном убийстве. Он готовился и планировал преступление длительное время. Настраивал себя, потому что убить двух человек, а потом вернуться домой и жить как ни в чем не бывало — это нужно иметь железную выдержку. Тем не менее благодаря слаженной работе следователей и полиции его план был раскрыт, алиби — опровергнуто, а сам он — задержан.
— А какие самые нелепые оправдания были у преступников?
— Один мужчина рассказывал, что на него оказали влияние инопланетяне. Но как выяснилось позже, он был психически болен. Ночью проснулся, сделал шапочку из фольги и жестоко зарезал соседа по общежитию. Суд применил в отношении него принудительные меры медицинского характера.
— Вам 23 года — еще не выгораете от жутких реалий, с которыми сталкиваетесь каждый день?
— Нет, я приходил сюда бороться с преступностью и делаю это на все 100% своих возможностей. А выгорать времени нет — нагрузка сумасшедшая.
Анастасия Чернявская, следователь следственного отдела по Пролетарскому району Тулы.
— Как хрупкая девушка оказалась в рядах СК?
— Очень просто: мой дядя был следователем еще при прокуратуре. С самого детства я видела, что его профессия очень интересная и увлекательная. Не скрою, что чтение детективов вкупе с просмотрами детективных программ оказали свою роль.
— Помните ваше первое раскрытое дело?
— Конечно, хотя там ничего захватывающего и не было: мужчина использовал в личных целях служебный транспорт. Потом уже потянулись убийства, причинение тяжкого вреда здоровью, изнасилования и т. д.
— Как вообще проходит день следователя?
— Заступаем на суточное дежурство с 9 часов утра. Изучаем новые поступившие дела или выезжаем на место преступления. Производим осмотр, беседуем со свидетелями. Все, что произошло в дежурные сутки, достается тебе, и ты проводишь по каждому факту процессуальные действия.
— Довелось уже расследовать преступления, которые вызвали шумиху?
— Да. Например, когда несовершеннолетние жители Пролетарского района из хулиганских побуждений нападали на людей, в том числе лиц, склонных к ведению маргинального образа жизни. Они избивали толпой и снимали на видео, хотели таким образом «очистить улицы города». Еще было дело, когда мужчина зарезал знакомую накануне Нового года и скрылся. Его вычислили благодаря тому, что он забыл на месте преступления шапку. Её изучили эксперты, обнаружили, что ДНК принадлежит человеку, ранее судимому за тяжкие преступления. Так его и задержали.
— Что помогает отвлечься от работы?
— От нее нельзя отвлечься — ты должен быть на связи 24/7. Тем не менее в редкие выходные я выбираюсь поиграть в волейбол. Ведь у меня даже есть второй взрослый разряд по этому виду спорта. Когда-то даже предлагали заключить профессиональный контракт, но я предпочла бороться с преступностью.
— Насколько тяжело в этой профессии женщине?
— В каких-то моментах даже проще бывает: преступники иногда не воспринимают всерьез. Мол, сидит просто девочка какая-то, можно ей наплести всего. Допускают ошибки, на которых я их и ловлю. Так что не могу сказать, что женщине-следователю гораздо сложнее, чем мужчине.
— Какое дело мечтаете раскрыть?
— Да любое, на самом деле. В моменте загораешься и хочешь довести историю до логического финала — обвинительного заключения и передачи в суд. А так, наверное, любой следователь мечтает поймать серийного убийцу, но благодаря прогрессу такие преступления совершать сложнее. Да и пусть бы их вообще не было.
— Что является самым сложным в вашей работе?
— Возможно, эмоциональная нагрузка. Мы сталкиваемся с трагедиями и человеческими судьбами. Важно не потерять человечность и сохранять объективность в любой ситуации.
